Алимова прижали уже на следующий день — устроил драку в ресторане Тянска. Там и взяли, так сказать, тепленьким. Еще и оказал сопротивление сотрудникам милиции… вернее, попытался оказать, да огреб по полной.
Щербакину позвонили сразу, и тот сразу же закрыл дебошира в КПЗ, пока — по факту хулиганских действий. А в Озерск прислал очередное поручение: установить и допросить возможных свидетелей…
Вот участковые и допросили — уж постарались — с десяток человек, что были у автостанции и видели, как Алимов привязался к жертве и как пошел за ней в парк…
— Мало! Мало! — ругался по телефону следователь. — Ну шел… и что? Может, он вещи какие продавал… ну, с убитой?
Однако с вещественными доказательствами пока было туго. Да еще, как назло, куда-то пропал еще один возможный подозреваемый — Валентин Карасев. Дружки сказали — узнал об измене своей марухи, купил самогона и ушел в запой.
Маруха — Татьяна Щекалова — ничего по этому поводу пояснить не смогла, лишь презрительно кривила губы:
— Никакая я не «его»! Нужен мне такой хмырь, как же!
Однако все же припомнила, что Карасев так вот исчезал уже не раз…
— Да дня через три объявится! Водка кончится — и припрется как штык. Деньги на опохмел клянчить.
Что же касаемо майского дела с ограблением и убийством, то… На первый взгляд, там все уже было на мази — имелся и подозреваемый, и улики — не только косвенные, но и практически прямые — деньги и обрывки банковской упаковки! Это вам не собачка чихнула!
И все бы хорошо, вот только задержанный Алексей Воронков оказался упрямцем, каких еще поискать, и признавать свою вину в этом деле наотрез отказался, даже частично. Не был, не убивал, не грабил! Покрышку — да, на работе завулканизировал. Приятель просил, так что же — отказать? Мотоциклетный шлем есть, и очки-«консервы» в ОРСе совсем недавно купил, чтобы в Тянск ездить, а то как-то уже штрафовали… Где был и что делал восьмого мая — не помнил, потому как с утра ушел на Маленькое озеро и там ловил рыбу и пил водку. Потому и дома не был, и соседи не видели — пришел только через пару дней. Пил один… а потом, может, кто и был — черт его знает. На озере у него шалашик и лодка…
Как попали в квартиру новенькие червонцы и банковская упаковка — ни сном ни духом.
— Может, подкинул кто? Ну я же сам, сам вас к себе домой привел! Не привел бы — не нашли бы ничего…
Вот этот вопрос напрягал не только следователей, но и адвоката подозреваемого — Бориса Арнольдовича Крестовского, въедливого старичка из Тянской коллегии…
Да еще из Озерска приходили не очень-то добрые — в смысле обвинения Воронкова — вести… Проткнутая мотоциклетная шина, отпечаток протектора которой был обнаружен на месте преступления, принадлежала вовсе не Воронкову, а вообще какому-то «левому» мужику.
Вот и сидели следователи, головы ломали…
— Вообще-то, улики там подбросить легко, — припомнил вдруг Пенкин. — В тех домах, ну, на Школьной, окна не закрывают — любой может залезть. Там сразу лес позади — никто и не увидит.
— Пусть так… — согласно кивнул Алтуфьев. — И пистолета у него не нашли… Мог, конечно, и выкинуть, не совсем же идиот… Да, и все майские праздники пил — потому ни черта не помнит. Отец у него на фронте погиб, уже под Берлином…
— Ну это у многих…
— Вот что, Сереж… — поднявшись, Владимир Андреевич подошел к окну и распахнул форточку настежь. Пахнуло тополиным цветом, сиренью и свежестью… — Я вот о чем… Помнишь, как мы в прошлом году в «плюс — минус» играли? Ну, я про улики… Виновен — не виновен… Давай-ка посмотрим, что у нас не против Воронкова, а за!
— Да ничего такого, по-моему, — пожал плечами Сергей. — Ну разве что улики легко подбросить… И милицию он тогда сам вызвал.
— А если бы не вызвал? Тогда тот, кто подбросил улики, должен был точно знать, что милиция обязательно к Воронкову домой явится, и именно в тот вечер! Откуда такая уверенность? Ну, краска не ворованная, ну, хотел оправдаться… А если бы не захотел? Что тогда-то? Вот ты бы что сделал?
— Еще бы что-нибудь придумал бы… — чуть помолчав, ответил Пенкин. — Ну чтобы милиция пришла… Запасной, так сказать, вариант.
— Во-от! — поднял вверх указательный палец Владимир Андреевич. — И мне кажется, что этот человек — если он вообще был — Воронкова неплохо знает. Знает, где живет, что по характеру — упрямый, взрывной… Как еще можно было милицию заманить?
— Гм… допустим, пожар устроить! — вдруг улыбнулся Сергей. — Ну, дымовуху в окошко кинуть… расческу поджечь или еще чего… как мальчишки делают… Потом на мальчишек, если что, и спишут. А пожарные бы участкового обязательно вызвали бы — дверь вскрывать! Ну или сами бы все обнаружили…
— Молодец! — Сев за стол, Алтуфьев придвинул себе папку с делом и открыл протокол осмотра… — Вот смотри… Тут вот не совсем ясно. С чего бы участковые в тумбочку-то полезли? И в печку?
— Так шину проколотую нашли! И была ориентировка…
— А если бы пожарные пришли первыми?
— Ну-у… Значит, надо было так деньги и бумажку положить, чтобы сразу заметили!
