В комнату вбежала девочка и позвала Василька. Когда он вышел с ней на крыльцо, то увидел в руках Тамары Владимировны новенькую красноармейскую форму.
— Примеряй, Василек! Это мы с Катей только что перешили из отцовской одежды.
Мальчик побежал в другую комнату и вскоре вернулся обрадованный.
— Как раз подошла! — воскликнул он, расправляя гимнастерку.
— Настоящий красноармеец! — похвалил Трофим Казимирович.
Димин отец тоже одобрил швейную работу жены и дочери. Накинув на плечи китель, он ступил на порог:
— Ну а теперь пойдемте на службу. Еще много проблем надо решить.
Трофим Казимирович не сразу узнал в чисто выбритых, одетых в новую форму своих бойцов. Они весело переговаривались возле подвод.
Переоделся и командир. Позвав Василька с собой, он направился с ним к штабу губчека.
— Ну что, Василек, начнем с тебя, — пригласил Вербенко мальчика в кабинет. — Форма на тебе замечательная, но придется до времени спрятать ее в сундук.
Василек удивленно взглянул на Вербенко.
— Просьба к тебе будет. Мы вот по дороге советовались с Трофимом Казимировичем и сошлись на том, что никто, кроме тебя, не выполнит одно весьма ответственное задание... Да, да, ответственное, — подчеркнул Вербенко. — Тебе нужно снова пробраться в Киев, найти Денисенко и передать ему письмо. Понимаю, трудно будет линию фронта переходить. Это тебе не в бой с друзьями идти, когда рядом плечо, и в беде тебя не оставят. Там везде ловушки. Только ты думаешь Денисенко или Артем не хотели бы сейчас пойти вместе со всеми в бой? Ясно, хотели бы. Но ведь надо кому-то и там, в подполье сражаться…
Василек молча начал переодеваться. В пояс его грязных, разорванных штанов уже зашили письмо, которое он должен был передать Денисенко.
— Твоя форма, хлопче, будет лежать у меня дома. Обещаю при Трофиме Казимировиче, что она будет храниться, как следует. Тебе ее вручат, когда вернешься, а пока что давай прощаться. Разведчик ты опытный, учить я тебя не буду. Запомни только одно: дойдешь до Подола — найди на пристани бакенщика деда Игната. Он даст тебе свежей рыбы, отнесешь ее в ресторан. Там тебя будут ждать…
Василек попрощался с бойцами, к которым уже привык, и отправился в опасный путь…
Чтобы скорее добраться до Киева, Василек на станции Бобрик решил сесть в поезд. Да только где там! Даже пробиться к вагонам было невозможно: толпа гражданских и солдат окружала их со всех сторон. В конце концов, мальчику удалось протиснуться к одному, до отказа набитому вагону, но в этот момент его схватила за ворот огромная рука кондуктора. Мальчик начал вырываться. Вдруг к кондуктору подошел офицер:
— Ага, попался, негодник. Сдайте-ка мне его, голубчик, а то этот мальчишка уже один раз сбежал от нас…
Василек опешил. Перед ним стоял тот самый деникинец, который достал ему лошадь и помог добраться в Киев к Денисенко.
Из разговора между киевскими чекистами мальчик знал, что офицер этот — наш разведчик, но сейчас Василек сомневался: «Может тогда Денисенко с Грушей не об этом человеке говорили?..»
Поручик повел Василька к другому вагону, который был почти пуст, но в котором изредка мелькали погоны деникинских офицеров.
Никто из них не обратил внимания на Дзюбу, который, крепко держа мальчика за руку, втолкнул его в пустое купе:
— Посиди пока здесь, а в Киеве разберемся!
Он закрыл дверь на ключ и вышел на перрон. Василек из окна видел, как поручик достал сигарету, оглянулся. Какой-то дядька при этом быстро подошел к нему, щелкнул зажигалкой и поднес ее к сигарете поручика.
Засвистел паровоз, на перроне поднялась еще бОльшая суета. Когда поезд тронулся, Дзюба зашел в купе.
— Тебе в Киев? — спросил он мальчика, но тот, насупившись, молчал.
— Ясно, — вздохнул офицер. Он уже понял, что никакого разговора не выйдет, хотя точно знал, что перед ним связной Денисенко.
Они долго молчали. Наконец, поручик спросил:
— Может ты все-таки скажешь, зачем едешь в город?
— А чего мне скрывать? Отца моего на войне убили, мать болеет. Вот я и ищу родственников. Может, хоть они не дадут мне с голоду умереть…
Василек хотел еще что-то добавить, но запнулся и замолчал. В это время кондуктор сообщил, что поезд приближается к Киеву.
— Ты вот что! Хватит нам в прятки играть... В городе, на вокзале может я даже отшлепываю тебя немного, — предупредил офицер. — А там, бог даст, глядишь, и встретимся еще друзьями…
Поезд подошел к перрону. Офицер для порядка прикрикнул на мальчика, потом ухватил его за ухо и вывел прочь из вагона…
... Деда Игната Василек нашел в тот же день.
— Чего тебе? — поднял тот на мальчика свои выцветшие глаза.
— Мне бы рыбки, диду. Для старой тети, больна она, — попросил Василек.
Рыбак-бакенщик внимательно взглянул на мальчика и кивнул:
— Пойдем…
Когда они вошли в кладовку дед зашептал:
— Ждет тебя рыба, хлопче. Какой день ждет. Уже несколько раз ловил другую, воду менял, а никто не приходит... Думал, может всех перебили уже…
Потом рассказал, что недалеко от базара на Подоле есть небольшой ресторан. Рыбу надо отнести туда. Там на кухне дядя Даниил возьмет ее.
