Следуй за рекой (ЛП) полностью

— Вы можете позвонить кому-нибудь, хоть кому-то, кто может оказать вам поддержку? — Взглянув на доктора Фултон, я замечаю слезы, стоящие в ее глазах, и сразу же чувствую себя мудаком за то, что предположил, будто она имеет какое-то отношение к сенатору. Я коротко киваю ей, хотя не знаю, хватит ли у меня сил позвонить. — Если хотите, можете позвонить отсюда, — произносит Эрика, сжимая мою руку в своих теплых ладонях. — Ситуация, в которую вы попали… — Она замолкает, в отчаянии качая головой: — Я очень вам сочувствую. За все годы практики в этой области, мне ни разу не приходилось сталкиваться с подобной ситуацией. Я пойму, если у вас не будет желания продолжать сеансы. Просто знайте, что я всегда здесь… — Доктор Фултон откидывается назад, когда я снова киваю.

В данный момент не похоже, что у меня получится открыть рот и что-то сказать, не сорвавшись. Но что-то делать нужно точно.

Все, что может мне помочь.

Проглотив свою гордость, я готовлю себя к определенному шагу, хотя и не уверен, что тот принесет мне пользу. За четыре года его номер мог измениться. А если каким-то чудом он ответит, захочет ли вообще со мной разговаривать? Помочь мне?

Когда моя жизнь успела стать таким кошмаром?

Руки все еще дрожат, когда я достаю из кармана телефон. А затем смотрю на имя на экране — имя, которое в последнее время все чаще и чаще приходит мне на ум.

Посылая молитву любому богу, который может меня услышать, я нажимаю пальцем на кнопку вызова и жду.

Один гудок. Второй. Третий.

И в ту секунду, когда он поднимает трубку, из моего горла вырывается сдавленное рыдание:

— Ты мне нужен.

Глава тридцать четвертая

Киран

Спустя час и один мучительный телефонный разговор с тем, чей голос даже не думал услышать снова, я возвращаюсь в свою квартиру, теряясь в тумане… небытия.

Я абсолютно ничего не чувствую.

Онемевший. Разбитый.

Одинокий.

Впервые в своей многострадальной жизни я благодарен, что прохожу терапию. Одному Богу известно, как бы я отреагировал, увидев новости, перевернувшие мою жизнь с ног на голову, в любом другом месте, кроме кабинета доктора Фултон.

Все еще погруженный в свои мысли, я даже не замечаю, что моя дверь не заперта. Тем не менее, останавливаюсь, пораженный, обнаружив Ривера в пространстве между своей кухней и гостиной, который ходит по виниловому полу так быстро, что тот может воспламениться. Мне хочется спросить, как, черт возьми, он попал в мою квартиру без ключа, но я слишком опустошен, чтобы переживать об этом.

— Abhainn, — выдыхаю я.

Услышав мой голос, Ривер резко останавливается, и с секунду мы просто смотрим друг на друга.

Волосы у Рива растрепаны, как будто он постоянно пробегался по ним пальцами. Его глаза — темный лес, пожираемый лесным пожаром. Они наполнены ужасом, печалью и ничем не сдерживаемой яростью. Ривер выглядит как развалина, но и я, наверное, ненамного лучше, учитывая все, с чем мне пришлось столкнуться за последние пару часов.

Прежде чем я успеваю снять обувь, положить ключи или хотя бы подумать, Рив наваливается на меня, прижимая к входной двери и пожирая мои губы. Его язык скользит внутрь, переплетаясь с моим собственным, с такой нуждой и отчаянием, как будто мы оба тонем, и это единственный способ понять, как выплыть.

В моем случае эта мысль недалека от истины, потому что, боже, я даже не понимал, как сильно мне это нужно.

Он. Ривер.

Я пробегаю пальцами по его волосам, в то время как он занят тем, что задирает мою одежду, пытаясь добраться до кожи.

— Я видел новости, — бормочет Рив мне в губы после того, как снимает с меня футболку, переключая свое внимание на мой ремень. Я снимаю его собственную, пока Ривер быстро расстегивает мне джинсы и стягивает их вниз вместе с боксерами.

— Я не хочу говорить о гребаных новостях, — рычу я, срывая с Рива остатки одежды, прежде чем упасть перед ним на колени. Не теряя ни минуты, я хватаю в руку его член, прежде чем провести языком по всей его длине. Лаская эрекцию, уделяя особое внимание головке и чувствительному ободку, я убираю руку, чтобы переместить обе на ягодицы Рива и сжать.

— Черт, Рейн, — шипит Ривер, когда мой язык соприкасается с основанием его члена, прежде чем принять тот глубже в горло.

Мой палец скользит между ягодицами в дразнящей ласке, прежде чем я продвигаю его дальше, к кольцу мышц, которые стали моей последней зависимостью.

Черт, это ложь.

Ривер стал моей зависимостью. Даже если бы секс был полностью исключен из уравнения, я все равно бы хотел для себя каждую его частичку.

Меня поражает осознание, что ничего этого больше не будет. Как только мы закончим, все, включая дружбу, исчезнет. И неважно насколько сильно при этой мысли ноет мое сердце.

Это последний раз, говорю я себе, повторяя эту фразу снова и снова, и продолжая скользить губами по эрекции Ривера.

В последний раз он будет со мной вот так. В последний раз я доверю другому парню свое тело и душу.

Это последний раз, когда я могу позволить себе быть по-настоящему счастливым.