А у меня от такого
И, пока мы посасываем принесённый им кофе, я стараюсь затаиться и быть тише воды, перебарывая внутри эти первые эмоции… но в конечном итоге происходит кое-что, пожалуй, похуже выдранных косм...
В торговых центрах же всегда играет музыка?.. Ненавязчивая какая-нибудь, которую нигде никто больше не слышал. Но почему-то именно в этот день, именно в этот момент над нами зазвучало не что-нибудь, а Тёмин «Shape of my heart», на что мы просто не могли не обратить внимание.
— Ого! — первой замечаю я. — Тём, ты слышишь? Не эту, здесь… Общую… Слышишь?.. Представляешь, твоя песня!
— Это не его, — зачем-то спорит Алекс. — У него другая любимая. Стинг — это так, чтобы не гонять, чисто фон для тачки.
— Я не знаю, какая у него любимая, — с нажимом проговариваю я, наконец открыто ответив на его настырный, если честно, замеченный мною ещё раньше, взгляд. — Но эта ему наверняка нравится.
— Интересно, — перебивает сам Артём, которого, видимо, всё происходящее как-то напрягло. — Как Стинг влияет на процент продаж?
— Повышает, есесено! — резко прервав гляделку и откинувшись на спинку стула, твёрдо заявляет Алекс. — Давным-давно доказано, что медленная расслабляющая мелодия заставляет людей хапать больше.
— А вот и не правда! — вклинивается Настя (так зовут блондинку, которой я уже минут десять мечтаю выцарапать её голубые, с идеально подкрученными ресницами глаза). — Наоборот, бодрые ритмы подстёгивают покупателей быстрее перемещаться по залу.
Во же чёрт, она ещё и умничает…
Алекс возражает:
— Так перемещаться же, а не покупать.
И, не успеваю я тайно порадоваться их разногласию, как он вдруг снимает и оставляет бейсболку на столе и приглашает свою безупречную кралю на танец.
— Разрешите?
— Что, прямо здесь?! — возмущается она.
Однако же, до тошноты восторженно улыбаясь, выходит вслед за ним на импровизированный танцпол.
Они топчутся на границе между отгороженной территорией кафе, в котором, хоть и тихо, но звучит совершенно другая мелодия, и галереей торгового центра, убивая меня взаимными взглядами, переплетением пальцев, улыбками и интимным разговором, даже обрывков которого я теперь не улавливаю.
От отчаяния меня кроет и, наверное, отчасти из-за этого, ощутив прикосновение тёплой руки к руке, я не пугаюсь, а внутренне бессовестно радуюсь этому.
Артём всё-таки решился...
Пусть это выглядит странно, и, наверное, в любой другой момент я бы ни за что не согласилась, но сейчас я хочу и буду танцевать с ним.
В торговом центре. На глазах у хихикающих покупателей.
Я буду танцевать с Артёмом. Буду любить его сейчас. Так, как могла бы любить Алекса. Всё будет так, как он хочет.
Наш новый поцелуй ещё солоней: он пропитан не только его кровью, но также моими слезами и разрывающими мне сердце на части невыносимой обидой и ревностью.
Глава 30
*Она*
Мама была права: прогулки под дождём не лучшее занятие для маленькой глупой девочки. Наутро я понимаю, что меня продуло. Проснувшись, я не смогла нормально сглотнуть: горло царапали кошки, нос заложило, и я едва смогла продрать опухшие от слёз глаза.
Полночи я проплакала. Опять и снова. Полночи я не могла поверить, что всё потеряно, что я сама сделала шаг, после которого уже нельзя вернуться в исходную точку, туда, на перепутье судьбы, где у меня ещё был шанс поспорить с ней за Алекса. Хотя бы попытаться поговорить с ним.
Но теперь никакие разговоры не имеют смысла — он видел, как мы целовались. И Артём… Отказать ему в первый раз было жестоко, но тогда я ещё ничего ему не обещала. Вчера же, своим поцелуем, я дала ему не просто надежду, я, как говорится, приняла в руки его хрустальное сердце, и теперь мне придётся либо держать его, либо разбить.
Звучит, наверное, пафосно, или даже слишком самонадеянно… Возможно, я просто ему нравлюсь… Просто как какая-нибудь другая девушка, но почему… чёрт возьми, почему же мне так не кажется?..
Я вижу, как он смотрит на меня, как теряется, смущается при моём появлении, как трепетно и бережно относится ко мне…
И пытается всё для меня сделать…
Вчерашний вечер окончательно добил меня. После того, как мы потанцевали, Краля потащила Алекса за «новой порцией капучино» куда-то в туалет, а Артём, сильно извиняясь, на несколько минут оставил меня одну.
А вернулся с единорогом! С почти таким же плюшевым единорогом в пайетках, о котором я когда-то мечтала и которого потом так проклинала, — только маленьким! Он выиграл его в автомате. Ради меня. И, наверное, уж никак не ожидал такой моей реакции: разревевшись навзрыд, я просто выбежала из этого проклятого кафе! И собиралась вырваться на свободу из самого торгового центра, но Артём нагнал меня ещё на эскалаторе.
