Следы проклятия полностью

Шаг за шагом она двигалась вперёд, принимая себя такой, какая она есть: слабой и сильной, сомневающейся и решительной.

Когда последний осколок истины растворился, свет вокруг изменился. Он стал мягче, теплее. Впереди открылась новая комната, где в центре стоял сияющий постамент. На нём покоился уже знакомый ей пояс, магия которого наполняла пространство.

Мелиэль подошла ближе, её сердце стучало громче. Когда она протянула руку к поясу, свет окружил её, и голос снова заговорил:

— Свет не существует без тьмы. Только вместе они могут стать истинной силой.

Её сознание замерло на мгновение, прежде чем мир вокруг исчез.

Когда испытание закончилось, Мелиэль вернулась к алтарю, но чувствовала, что изменилась. На сердце стало легче, а уверенности в своих силах прибавилось.

Она знала, что испытание Доффа ещё не закончилось, но в глубине души была уверена: он справится.

Дофф почувствовал, как холод проникает под кожу, когда он сделал шаг в портал. Мир вокруг мгновенно изменился. Вместо храма он оказался в бескрайнем пустом пространстве, где тьма окутывала всё, словно густой туман. Здесь не было ни звуков, ни движения, только гнетущая тишина и ощущение, будто за ним наблюдают.

Дофф остановился, крепче сжимая кинжал. Лезвие, которое раньше казалось лёгким, теперь стало неподъёмным, словно двуручник. Холод от него расползался по руке, но был странно терпимым, почти знакомым.

«Почему это место выбрало меня?» — подумал он, внимательно осматривая темноту вокруг. Вопросы роились в голове, как назойливые пчёлы. «Я не маг. Я был уверен, что у меня нет дара. Все эти артефакты, пророчества, магия — это не моя война. Я лишь клинок, не более».

Но в этом ли правда? Дофф вспомнил слова Лайи, её заметную неуверенность, когда она сказала, что магия тьмы потребует соединения. Тогда он лишь отмахнулся, уверенный, что это очередная загадка, которую придётся решать кому-то другому. Но теперь перед ним стояла эта самая тьма, и она явно ожидала ответа.

«Магия тьмы… что это вообще значит? — подумал он, углубляясь в свои сомнения. — Свет и тьма, два противоположных полюса, дополняющие друг друга. Но я всегда считал, что тьма — это зло, разрушение. Разве она может быть чем-то иным?»

Он вспомнил их бесконечные битвы с нежитью, глаза этих мёртвых изломанных созданий, наполненные безумной яростью, но вместе с этим всплывали в голове и другие образы: ночное небо, покрытое звёздами, спокойствие леса в полумраке, безопасный туман, скрывающий их лагерь от врагов. Тьма — это не только угроза. Она могла быть укрытием, могла быть частью баланса.

«Тогда что во мне соответствует этому?» — Дофф нахмурился. Ему всегда было легче принимать физические вызовы, чем философские загадки. Он был солдатом, привыкшим действовать, а не размышлять. И всё же сейчас действовать было невозможно, пока он не разберётся в самом себе.

Его мысли были прерваны тихим шёпотом, раздавшимся в пустоте.

— Почему ты так боишься смотреть внутрь себя? — спросил голос, одновременно холодный и тягучий, словно змея, ползущая под кожей.

Дофф обернулся, но никого не увидел. Лишь тьма, обступающая его со всех сторон, казалась ещё плотнее.

— Я ничего не боюсь, — ответил он, сдерживая раздражение.

— Ты боишься, — прошептал голос снова, теперь ближе. — Ты боишься своей сути. Боишься силы, которую никогда не признавал. Боишься того, что тьма может быть частью тебя.

Эти слова заставили Доффа застыть. Внутри него поднялась волна протеста, но вместе с ней пришло понимание: он действительно не знал, что скрывается в глубине его души.

«Может, я боюсь, — подумал он, позволяя этой мысли зацепиться. — Но если это правда, то чего именно я боюсь? Увидеть в себе зло? Или, возможно, понять, что я вовсе не тот, кем всегда считал себя?»

— Это испытание — не тьмы, — заговорил голос снова. — Это испытание тебя самого. Позволь тьме показать тебе правду.

Дофф глубоко вздохнул, чувствуя, как в груди поднимается странное спокойствие. Он понимал, что у него нет выбора. Оставалось только двигаться вперёд, даже если шаги уводили его в самые тёмные уголки его разума.

— Кто ты? — снова раздался голос, теперь низкий и чуждый, будто звучал из самой тьмы.

Дофф обернулся, но опять не увидел ничего и никого.

— Меня зовут Дофф, — ответил он уже твёрдо. — И я пришёл, чтобы пройти испытание.

Шёпот превратился в смех, холодный и язвительный.

— Ты говоришь, будто знаешь, кто ты. Но правда ли это? Ты уверен в себе? Или ты просто тень, стремящаяся к свету?