— Ты можешь говорить что угодно, верить в чьи угодно слова, а не мои… но у тебя душа дракона. Да-да, ты мне сейчас скажешь, что драконорожденные наследуют тело от одной расы, а душу дракона. И в чем-то вы правы, но не во всем. Душа драконорожденного неполноценная по сравнению с душой истинного дракона. У смесков присутствует лишь два слоя, а у настоящего дракона их минимум три. Понимаешь… мы можем принимать облик одной из рас. Он просто дается нам при рождении, за него отвечает один слой души. Второй отвечает за то, как выглядит сам дракон, а третий — он промежуточный, чтобы сочетать в себе оба вышеназванных облика. Некоторые драконы от рождения имеют или создают себе больше слоев души. Это тяжелый труд, но он сполна себя окупает. Так вот, драконорожденный не может принять облик дракона, у него нет этого слоя души или сил на его создания. А у тебя есть… и еще кое-что, я не могу посчитать, ты ими еще не пользовалась. Но ты самый настоящий дракон.
— Я… могу превратиться в ящера? — удивленно спросила я, обдумывая его слова.
— Да, запросто. Тебя не научили родители, когда ты вылупилась? — удивленно спросил Ариэн.
— Я сирота…
— Какая трагедия! Но не переживай, я помогу тебе. Это может быть тяжело, в твои-то годы. Все просто! Закрой глаза и представь, как у тебя вырастают крылья и хвост, как меняется твой позвоночник, как ты становишься всемогущей и крылатой… Да! Да-да! Именно так, давай!
Мысленно покачала головой. Как будто все делается исключительно по желанию! Вряд ли у меня получится. Но в конце концов кто не пробует — у того ничего не получается.
Медленно выпустив через нос воздух, закрыла глаза и стала представлять, как я могла бы выглядеть. Дракон внутри меня подсказывал и направлял. Чешуя была бы красной. Странно, я люблю голубой, а она красная… По моей спине идет черный острый гребень, чуть уменьшающийся к голове и хвосту. Последняя пластинка гребня лежит перпендикулярно всем остальным на манер пики на кончике хвоста. У меня есть рожки, ветвистые золотые рожки. Я улыбнулась, это забавно. Так, сосредоточимся. Сильные лапы с золотыми же когтями. А на животе чешуя тоже золотая.
— Ай красота-то какая. Я таких еще не видел. Ну, открывай глаза, смотри на себя, Николь. Нет, нет, погоди. Я сначала зеркало сделаю. Все, теперь можно!
Послушно открыла глаза. Передо мной висела огромная поверхность, будто отлитая из серебра. И в ней отражался… дракон, которого я представила. Неуверенно подошла ближе и коснулась лапой зеркала. И только тогда осознала, что стою на четырех конечностях. Я испуганно закричала.
— Ну, ты чего. Это всего лишь настоящая ты. Красавица, надо отметить, что в виде человека, что в виде драконицы. Эх, был бы я на пару десятков тысяч лет моложе…
— На сколько? — удивленно переспросила я, крутясь перед зеркалом и рассматривая себя со всех сторон.
О крыльях я подумать забыла, но они у меня были. Большие кожистые с золотистым отливом. Они роскошно сияли в свете звезд.
— Слушай… я уже давно сбился со счета. Я старый, нет, древний ящер, который ушел от мирской суеты в междумирье в надежде, что его тут никто не побеспокоит. И знаешь, я был прав. Сначала ко мне наведывался молодняк просить совета, а после позабыли и я стал легендой. Моих братьев и сестер постигла ужасная судьба: они погибли в войнах драконов, но Ариэн перехитрил их всех и выжил!
— Воинах драконов? — удивленно переспросила я. Что-то такое упоминалось в одной из книг, но я не помнила.
— Ну да, когда драконы дерутся за сферу влияния. Понимаешь… дракон такое существо, чтобы жить, ему нужна энергия. И тут есть два варианта. Или сделать собственный мир, становиться в нем божеством и питаться верой в тебя, что делают многие, но не все… Ведь энергии мало, только на жизнь и хватает. Остальные пытаются захватить межмировое пространство. В нем столько первородной силы! Тебе надо будет как-нибудь это видеть. Только осторожно, а то еще убьют. Ты молодая, вряд ли сдюжишь даже с тысячелетним… Так вот в драконьих войнах мои братья и сестры… и прочие родственники боролись за право контролировать как можно больший участок этого межмирового пространства, древней энергии. Их тела становились все больше и больше, кого-то просто разрывало на части от поглощенной силы, других убивали соплеменники. Это и есть первозданный хаос. Они собирали эту силу и творили миры. А другие приходили и миры разрушали. О эти крики, эта боль!
— Но… ты не создал мира, да?
