Из-за решётки в узком окне-бойнице проглядывало серое пасмурное небо. Робер облегчённо вздохнул и попробовал сесть. Голова сильно закружилась, и он схватился за неё руками, будто хотел удержать от падения. Глухо застучали звенья железной цепи: правая рука Робера была окольцована стальным обручем. Кандальная цепь проходила через кольцо в стене около него, а заканчивалась на деревянном вороте у входа. Её можно было укорачивать и удлинять по желанию тюремщика.
Робер встал и по стене добрался до кольца. Попробовал его выдернуть, бугристо напрягая мышцы. Обессилено припал горячим лбом к влажной стене. Его подташнивало.
– Хорошо ли спалось, братец? – в приоткрытой двери стоял Керок. Один.
– Если позволишь, я зайду, – барон закрыл дверь и решительно прошёл к длинному деревянному топчану, заменявшему здесь всю мебель, и сел на него. Разглядывал Робера.
– Ты повзрослел. Но, как я слышал, почти не изменился. Всё так же наивен…
– К чему это ты?
– Присядь. Я же вижу, у тебя с головой не в порядке. Не бойся, я не укушу, – насмешливо ухмыльнулся Керок. И на какой-то миг Робер снова почувствовал себя растерянным мальчишкой, попавшим в западню родственников.
– Я думал, Кобрет – твой человек.
– Нет, братец. Ничего моего здесь нет. И я не уверен, что смогу помочь тебе во второй раз.
– Почему тебя не объявили наследником, когда я пропал?
– Робер, Робер… Ты плохо знаешь отца…
– И почему-то я страшно этому рад! Был бы счастлив вообще не знать о его существовании!
Керок приглушённо засмеялся:
– Вижу, ты его по-прежнему обожаешь! Ты… мог бы его убить? – Керок жёстко смотрел в глаза Робера.
Тот молчал, не отводил взгляда:
– А ты?
– Хочешь откровенности?…Возможно.
– Хорошо, я отвечу. Если бы в бою мы встретились, я не стал бы сдерживать свой меч.
Керок горько усмехнулся:
– В бою… Он не тот глупец, что лезет на меч. Я думал, ты стал мужчиной, но ты остался мальчишкой! Ты же знаешь, кто приказал уничтожить твою семью?! Как ты можешь не отомстить?!
– Откуда ты узнал о приказе короля?! Я сжёг его тогда. Вместе с семьёй. И никому не говорил…
– Ты не всех убил. Когда вы приехали, около дома оставалась только малая часть солдат. Остальные ушли. Я всё узнал от них. Тот, кто командовал расправой, рассказал всё в мельчайших подробностях. Повторить?! – закричал Керок в лицо Робера.
Робер схватил брата за ворот камзола, прохрипел:
– Кто?!
– Пусти! Я не враг тебе, но и себе не враг. Пусти. Всё равно ты ничего не сможешь сделать. Если хочешь, я попробую отомстить за тебя. Только тайно.
Робер отпустил брата, утомлённо сел и прижался спиной к стене. Серый водоворот перед глазами мешал сосредоточиться. Робер слушал торопливый говор брата.
– Тот, кто убил, только исполнял волю отца. Пойми это. Разве ты не хочешь отомстить? Настоящему виновнику.
Робер открыл глаза, спокойно посмотрел на Керока:
– Но тебе-то какая корысть? Королём тебе не стать, ты так и не объявлен наследником…
– Ты станешь королём! В этом – высшая справедливость!
– Именно поэтому ты просил руки Милены Регант?
– Откуда знаешь?
– Она сама сказала.
– Так ты с ней знаком?!
– С детства. Если ты ещё помнишь.
Керок минуту разглядывал брата, напряжённо сдвинув брови. Потом привычно усмехнулся.
– Ошибаешься. Именно она просила меня в мужья. Я всего лишь не отказался.
– Почему? – только задав вопрос, Робер понял, насколько это глупо выглядело.
Керок хмуро ответил:
– Не волнуйся, она в меня не влюблена. Я – всего лишь приложение к договору о мире. Как я понимаю, у неё был небогатый выбор: я или отец. Или ты?!
Робер уставился на Керока, ещё не понимая. Керок рассмеялся:
– Ну конечно! Как я сразу не догадался! Наш Поющий Рыцарь похитил и это драгоценное сердце, – смех иссяк, оставив на губах барона сухую усмешку. – Король Робер и королева Милена. Красиво звучит? Прямо хоть балладу сочиняй. А что, может и мне заняться пением?
Робер и Керок рядом сидели на топчане, откинувшись на каменную стену, и молчали. Керок повернул голову к окну:
– Почему у тебя есть так много?
– Что? – не понял Робер, всё ещё думавший о Милене.
– Захочешь – королевство в наследство, пожелаешь – любовь самой королевы-воительницы. Славы тебе тоже не занимать… Власть сама умоляет тебя: «Возьми меня!». А ты? Отворачиваешься от неё, как от больной шлюхи, – Керок обернулся к брату. – Я не понимаю тебя. Что тебе надо?
– Справедливости.
– Желание властителя – это и есть справедливость.
– Ты рассуждаешь, как настоящий король, – Робер улыбнулся, вспомнив притчу Рубена. И тревога сжала сердце так, что стало трудно дышать.
Осторожный стук в дверь и шаги в коридоре прервали их разговор. Керок встал и отошёл ближе к двери, приложил палец к губам. Робер остался сидеть, насмешливо глянув на брата.
Простучали ключи, дверь распахнулась. За двумя тюремщиками зашёл как обычно встрёпанный Кобрет. Робер холодно глянул на его довольное лицо.
