Слепой цирюльник [litres] полностью

– Сказал о чем? О том, что я не негодяй? Спасибо, – горько отозвался коммивояжер, – хоть и не за что. Я не из этих проходимцев, которые запугивают вас, вынуждая что-то сделать, а потом называют все удачными продажами… Так что же?

– К примеру… – произнес Морган, стараясь придать голосу уверенности. У него родилась идея, и он молился лишь о том, чтобы все не испортить. – К примеру, как бы вам понравилось, если бы вас признали соучастником убийства?

– Ой, да бросьте, – отмахнулся Вудкок. – Я-то все гадал, когда вы начнете блефовать.

И все же на мгновение его бледно-голубые глаза метнулись в сторону. Он вынул платок и принялся утирать лоб таким жестом, словно ему наскучило все это дело, но его костистая рука замерла. Слово «убийство» звучало совсем неуместно в деловом разговоре. По мере того как идея Моргана вызревала – он подумал, что уже через несколько минут, если ему удастся все верно разыграть, они могут услышать имя Слепого Цирюльника, – становилось все труднее не выдавать своего волнения. «Полегче давай. Еще легче…»

– Смотрите. Вам известно имя того человека, который украл кусок кинопленки из каюты Кёрта Уоррена?

– Я могу показать его вам. Вряд ли он сумел каким-то образом покинуть лайнер.

– Вчера ночью он совершил убийство. Он перерезал горло женщине в каюте рядом с каютой Кёрта. Я подумал, стоит вас предостеречь, вот и все. Хотите, покажу вам опасную бритву, которой он убил женщину?

– Да ради бога, – отозвался Вудкок, резко оборачиваясь, – не отказывайте себе в удовольствии!

В белом почтовом салоне с его вереницей похоронного вида стульев и зеркал, обрамленных золочеными листьями, было сумрачно и душно. Чернильницы с перьями на белых столах, покрытых стеклом, слабо позвякивали от плавного движения «Королевы Виктории», и в тишине было слышно, как сонно вздымаются волны. Морган сунул руку в нагрудный карман пиджака и вынул сложенный носовой платок в темных пятнах. Он развернул его под длинным лучом света, проникавшим в щель между шторами, и внутри что-то тускло заблестело.

Снова повисло молчание…

Однако мистера Вудкока оно не смутило. Морган увидел, как тот, хотя и сидел, выпрямив спину, вдруг расслабил руки и на его лице заиграла едва уловимая улыбка. Любопытный факт, достойный философских размышлений, однако предъявление улики, само появление столь красноречивого окровавленного лезвия, как раз и убедило Вудкока, что его мастерски водят за нос.

Он укоризненно покачал головой:

– Хэнк, старина, я как раз сейчас вспомнил. Вы же у нас писатель. Скажем так, отдаю вам должное. На секунду вы сбили меня с толку. – Коммивояжер глядел так, словно действительно получал удовольствие от происходящего. – Отменно. Я оценил вашу попытку. Я бы и сам так сделал. Но уберите это, старина, спрячьте вашу бритву и не валяйте дурака.

– Мы не знаем, кто была эта девушка, – продолжал Морган, в отчаянии сознавая, что партия проиграна, – это правда. Мы как раз шли к капитану, чтобы выяснить это. Доказать будет очень просто…

– Послушайте теперь меня, – прервал Вудкок с видом человека дружелюбного, но уже начавшего терять терпение. – Розыгрыш получился что надо, шутку понял. Остроумно. Но зачем и дальше цепляться за это? Говорю вам, меня на такое не купишь, я стреляный воробей. Так почему бы не поговорить о деле?

– Это правда, мистер Вудкок! – настаивала Пегги, стиснув кулачки. – Неужели вы не понимаете, что правда? Мы прямо говорим, что пока не знаем, кто эта убитая…

– Ну-ну!

– Но мы узнаем. Неужели вы не можете сказать нам? Неужели не можете хотя бы намекнуть?

– Ни за что не догадаетесь, – отозвался Вудкок. Он мечтательно улыбался, глядя в потолок с видом человека, который знает ответ на вопрос викторины и этим доводит до белого каления остальных ее участников. Именно так это и подействовало на его собеседников. Знать, что ответ заперт внутри этого костистого черепа, который они видят перед собой, и понимать, что они его не услышат… – Я скажу вам, – пообещал Клопомор, – в тот самый миг, когда я сам получу утвердительный ответ от Т. Дж. Не раньше.

– Я постараюсь, – начал Уоррен, но коммивояжер тут же указал, что это никакая не гарантия.

– Вы не верите, – угрюмо продолжал гнуть свое Морган, – что человек, укравший пленку, совершил убийство. Что ж, допустим, мы докажем вам это. Нет, погодите минутку! Вы изложили нам свои гипотезы, так хотя бы выскажите свое мнение по поводу моих. Предположим, на борту произошло убийство, и мы можем это доказать, а вы, храня молчание, покрываете убийцу. В таком случае, вы бы сказали нам?

Вудкок пожал плечами, все еще терпеливо улыбаясь:

– Ну что ж, старина! Нет причин, чтобы я стал скрывать это, – в теории. Да, в самом деле. Если произошло убийство, если кого-то убили, тогда другое дело. Я наверняка скажу.

– Обещаете?

– Слово чести. Ну а теперь не могли бы мы вернуться к делу…