– Хотя с разбитым лбом это было бы довольно трудно, – устало усмехнулся он.
– Прости, – виновато пролепетала я, и мои щеки вспыхнули от воспоминаний.
– Все в порядке, – успокоил Шейн, – мне повезло, что у тебя очень легкая рука.
Улыбка Шейна стала еще шире, и он открыл глаза, насмешливо посмотрев на меня. В тот же миг я отдернула руку и спрятала в складках платья.
– Многие люди обладают такими же Силами? – рассеянно спросила я, стараясь сменить тему.
– Лечение ран? В Эллоре на это способен только я.
– Как это? – удивилась я.
– Ты никогда не задумывалась, почему с возвращением домой тебе может помочь только Артур или кто-то из его сыновей?
Я отрицательно покачала головой.
– Ты ведь знаешь, что сейчас волшебство так же легко купить, как свежие фрукты на рынке, каждый может приобрести зачарованную Слезу и пользоваться ее Силой, – начал Шейн. – Но когда-то, много столетий назад, магия подчинялась людям без этих кристаллов, она буквально текла по венам. Люди могли творить чудеса просто одной лишь мыслью. Сейчас на это способны только несколько семей, которым удалось сохранить чистоту крови до нынешних дней. Таких людей называют Древней Кровью. К примеру, Моорэт и еще несколько семей из Лаарэна сохранили способность странствовать между мирами, Эрворы – умелые иллюзионисты, а мои родители были целителями.
Мне нравилось слушать Шейна. Когда он рассказывал о событиях прошлого, его голос становился мягче и мечтательнее. Этим он очень напоминал Элью.
– А твой другой дар? – спросила я, пользуясь разговорчивостью Шейна.
– Который из них? – Улыбка озарила его лицо.
Я открыла рот, но не смогла ответить на вопрос. Он застал меня врасплох. Какими еще способностями обладал этот человек?
Шейн усмехнулся и закатал левый рукав. На предплечье черной краской были высечены десятки рун, которые спиралью вились вокруг руки.
– Древний язык Ольма и чернила с примесью порошка из Слез, – пояснил Шейн. – К сожалению, только так теперь можно заставить работать мертвые руны.
– А что это? – Я указала пальцем на часть татуировки, где среди рун красовались черные крылья на круглом щите.
– Эмблема Коллегии. – Улыбка на губах Шейна противоречила напряженному взгляду. – Они не дадут забыть, кому я обязан своей способностью нарушать границы чужого сознания.
Я восторженно затаила дыхание. Этот мир и его обитатели каждый день открывались с новой стороны. Мне вдруг вспомнилось пламя, которое пробуждалось, стоило Шеонне разгневаться или занервничать.
– А Шеонна? – спросила я. – Она тоже принадлежит Древней Крови?
– Нет. Кровь Шеонны грязнее, чем у любого человека в Гехейне.
При упоминании сестры Шейн помрачнел, а его мысли ускользнули куда-то далеко, прочь с крыльца, окутанного ночью. Я не осмелилась спрашивать дальше. Еще некоторое время мы посидели в неловкой тишине, пока меня наконец не сморила усталость.
Когда я поднималась в комнату, ноги уже едва слушались, а глаза слипались. Проходя мимо приоткрытой двери в кабинет господина Омьена, я замедлила шаг. Я не собиралась подсматривать и уж тем более подслушивать, но, случайно взглянув, не смогла оторвать глаз от увиденного.
Мне не раз доводилось бывать в кабинете хозяина дома, и я уже обращала внимание на единственную пустую стену, не заставленную полками и не занавешенную картинами, но испещренную мелкими рунами и крошечными осколками Слез Эрии. Теперь стену от пола до потолка пронизывали сотни тончайших линий, переплетавшихся между собой, будто запутанный клубок серебряных нитей. И эти нити двигались, извивались, подобно змеям, образуя узнаваемый облик Тенлера Эридира. Казалось, я могла различить даже подрагивающие ресницы мужчины или волоски его пушистой шевелюры.
– Сегодня с Терра в Церрет прибыл торговый корабль, – голос графа звучал глухо, словно из-под толщи воды.
– И почему это должно меня заинтересовать? – устало поинтересовался господин Омьен, проведя рукой по лысой макушке.
– Потому что корабль вернулся пустым, – граф выдержал драматическую паузу, – без экипажа. Лишь кровь и Тени. О Свальроке и прежде ходили ужасные слухи, но такое…
– О нем слагают лишь страшные сказки для детей, – отмахнулся господин Омьен.
– Сказки не убивают, Велизар, – голос Тенлера Эридира звучал твердо.
– Может, на Терре снова волнения, шахтеры бунтуют, наследники тамошнего правителя не могут поделить трон и земли? Сколько раз мы уже сталкивались с этим? – мужчина говорил так, словно пытался убедить самого себя.
Граф лишь небрежно пожал плечами.
– Ты просил меня сообщать о любых странностях, происходящих за пределами Эллора, и я выполнил твою просьбу.
Тенлер Эридир устало вздохнул, серебряные нити заскользили по его груди. Внезапно мне показалось, что его взгляд метнулся в мою сторону. Я затаила дыхание и отошла от двери.
– Бездонные кому-то навредили? – донесся до меня голос господина Омьена.
– Нет, они растворились, когда на корабль ступили солдаты.
В кабинете раздались шаги. Я поспешила скрыться в своей комнате и тихо притворила за собой дверь.
