Местные косились на нас. Серая мантия некроманта привлекала внимание. Естественно, ведь в Эдоре не видели магов Веланта больше двадцати лет! Хассо старательно делал вид, что не замечает любопытных и настороженных взглядов. Впрочем, с нами шёл Ильд’Ор, многие узнавали воина и приветливо кивали ему.
Шатёр старейшины из клана Чайки был одним из самых больших в городе. Высокий, стоящий на просторном настиле из широких светлых досок, расшитый изображениями птиц и созвездий. У края террасы нас ждал седой эльф, на его руке примостилась небольшая переливающаяся всеми цветами птичка, принёсшая новость от чародейки-привратницы.
– Значит, это ты – дитя Кэ’Лина, спасшая ла’ори. Достойная дочь своего отца, хранительница магии Леса.
– Я всего лишь защищала себя и друзей и не помышляла ни о чём великом! – Дерзкие слова сорвались с языка раньше, чем я успела их обдумать. – Ильд’Ор – вот кто был готов до последнего сражаться со злом! Ещё Хассо, Вилита… Вы сами притащили врага в Сердце Леса, а мне пришлось убить его! Я вовсе не герой, как вы считаете! Просто искала отца!
Видя, что я готова разрыдаться, старейшина меня остановил:
– Тише, дитя. – Он выглядел пристыженным. – Не будь мы так слепы и объяты жаждой мести за погибшие деревья, Ведарда никогда бы не вернулся в Лес. Это послужит уроком мудрейшим из нас. Мне действительно жаль, что кровь, которая причиталась нам, легла на твои руки. Но я сделаю всё, чтобы это бремя однажды перестало тебя тяготить.
Старейшина прижал руки к сердцу.
– А сейчас иди к отцу, – сказал он и сделал шаг в сторону, пропуская меня на террасу. – Это меньшее, что я могу дать тебе. Иди.
Высокий худой эльф сидел в плетёном кресле перед шатром, безвольно положив руки на колени. Его волосы отливали медью, а серые глаза неподвижно смотрели перед собой. Яркий солнечный свет заливал дощатую террасу. Я медленно поднялась по лесенке из трёх ступеней, прошла мимо старейшины и шагнула к отцу.
Он даже не взглянул в мою сторону. Так и сидел неподвижно, уставившись в пространство. Я присела перед ним и взяла его руки в свои. Из-под рукава рубахи выглядывала татуировка созвездия Чайки. Эльф не пошевелился.
– Это несправедливо! – Я обернулась к стоявшим позади друзьям. Потом задумалась: – Ему плохо?
Эльфийский старейшина успокоил меня:
– Нет. Он ничего не чувствует. Ему не больно, если ты об этом.
– Ведарда восстановил память. Выходит, заклинание моей матери не такое уж непреодолимое!
Старейшина только вздохнул.
– Ведарда был очень сильным магом. Он понимал, что его ждёт, когда просил твою мать стереть его воспоминания. Заранее подготовился и, вернувшись в Велант, знал, что делать. А Кэ’Лин принял на себя всю мощь заклинания. Все эти годы мы пытались ему помочь. И пытаемся до сих пор.
Я держала отца за руки в надежде увидеть в его взгляде хоть что-то. Но глаза Кэ’Лина были пусты.
Подумав, я протянула старейшине медальон. Пожилой эльф бережно взял его и, прищурившись, посмотрел на портрет моей матери.
– Я помню её, Риона. Волшебница Марен. – Голос старейшины был печален.
– Будь она жива, вы бы тоже её судили? – язвительно спросила я.
– До недавнего времени сказал бы, что да, – растерянно ответил старейшина. – Но теперь… Жалею, что она не вернулась тогда в Эдор. Кто знает, как бы сложилась ваша жизнь, расскажи она нам всё. Я видел, как зарождалась их с Кэ’Лином любовь, и уверен, что на ней не было вины за те события. Марен всеми силами старалась уберечь тебя, Риона, и поэтому ничего не рассказывала о своём прошлом.
– Я слышала её голос, – сказала я, опасаясь, что меня примут за умалишённую. – С тех пор, как Ведарда появился в Эдане, мама несколько раз говорила со мной. Предупреждала, звала по имени. Понимаю, это звучит странно…
Но старейшина отнёсся к моим словам очень серьёзно.
– Эльфы верят, что те, кто покинул этот мир, всё равно остаются рядом. Они направляют нас, оберегают и помогают в трудную минуту. Общаются через наши воспоминания и приходят в сновидениях. И не забывай, твоя мать была невероятно талантливой волшебницей разума! Я и представить не могу всех её способностей! – Старейшина говорил с восхищением. – И Марен точно хотела, чтобы ты рано или поздно узнала, кто ты и откуда. Она была умной женщиной и оставила один намёк, подсказку в твоём имени.
До сих пор молчавшая Вилита вдруг встрепенулась:
– Иллюзия… Как отражение в зеркале, – задумчиво произнесла она. – Маги часто пишут справа налево, зеркальным письмом, меня учили этому. Твоя мама, скорее всего, тоже так умела. Риона – Ан’Оир? Что это значит на эльфийском?
Ильд’Ор перевёл:
– Морская птица, чайка.
Старейшина добавил:
– Клан Чайки, Риона. Ты – одна из нас.