Я слезла с его колен, поправила рубашку. Ал поднялся, задумчиво посмотрел на целующуюся парочку и кивком показал мне на дверь.
Едва мы вышли, я остановилась.
– Ты же спать собиралась, – напомнил он, вздыхая.
– Ал…
– Что?
– Твоя спина…
Он вздохнул.
– С этим я уже смирился. И твоя жалость мне не нужна, сказал же!
– А я не из жалости, – прошептала и опустила глаза.
Как же непросто сказать, что он мне небезразличен!
– Трин, посмотри на меня.
Теперь и руки задрожали, а ноги стали непослушными. Ал сам приподнял мое лицо, ловя испуганный взгляд.
– Нам очень о многом нужно поговорить. Но сейчас и ты, и я устали. Мне через час нужно быть на плацу, а потом разбирать дела. Не оставлять же Рэма одного.
– Я знаю, не настаиваю, – прошептала я ответ. – Просто так не могу. Тебе же из-за меня больно!
– Трин…
Ал наклонился ближе.
– Одно твое слово, и я останусь. Я так по тебе соскучился. Ты даже представить не можешь!
Это я-то не могу? Да и сама же тосковала не меньше! Чуть с ума не сошла, ожидая его возвращения.
– Я могу просто не выдержать, сорваться… – Ал говорил тихо, при этом сжимал руки. – А ты сейчас предлагаешь лечить мои раны. – Он усмехнулся. – Я не каменный, сокровище.
Я прикусила губу, а потом сделала то, что ни в коем случае не должна творить в подобной ситуации ни одна порядочная леди, – притянула Ала к себе и жадно поцеловала.
И мир растворился, исчез, оставляя только жар его губ, бьющееся сердце под моей рукой, сбившееся дыхание на двоих.
– Что ты делаешь, Трин? – прошептал он, отрываясь и еле сдерживаясь, судя по почти каменным мышцам.
Интересно, он действительно хочет знать ответ на этот вопрос?
Я простонала ему в губы, не найдя достойных объяснений.
– Силы моря! – Ал жадно притянул меня к себе, впился требовательным поцелуем, подчиняя, лишая воли.
Он не может быть для меня целым миром. Так не должно…
Но… я откликнулась, позволяя себе, как послушному воску, таять от невидимого огня. Ни с кем и никогда не испытывала подобное. И да, похоже, многое потеряла.
Алэрин оторвался от моих губ, прокладывая дорожку из поцелуев по моему подбородку и шее. Одна его рука путалась в моих волосах, а вторая спустилась ниже талии, и я снова издала глухой стон. Наши глаза встретились, очередной поцелуй заставил мир разлететься на осколки, выгибаться от откровенных ласк и желать стать с ним единым целым.
Ал выдохнул, прижал к себе и прошептал:
– Кто-то идет.
Я очнулась от сладкого дурмана, попыталась отстраниться, но он не дал. Только сплетен не хватало!
– Моя комната ближе, пойдем? – предложил Ал, не понимая, насколько двусмысленно это звучит.
И что самое страшное – я кивнула.
Как добирались – не помню. Из оцепенения вывел хлопок закрывшейся за нами двери.
– Я правильно понял, сокровище, – прошептал Алэрин, – ты изменила свое решение в отношении меня?
– Да. Нет. Не знаю… Наверное.
Он подхватил меня на руки, отнес на кровать, усадил.
– Чудесный ответ. И как мне его понимать?
Я набралась смелости и посмотрела ему в глаза. Глупость, конечно, сделала, трезво мыслить не получалось, лишь таять в этой синеве, проклиная все на свете.
– Замуж за меня пойдешь?
Я нервно хихикнула. На меня сегодня милость всех богов, что ли, сошла? Сначала Крам делал предложение, теперь еще и Алэрин.
– Не знаю, – честно ответила я.
Придется ведь ему рассказывать о прошлом, преодолеть глупый страх и верить, что после этого Алэрин от меня не отвернется. В любом случае выбирать ему. Я уже приняла решение. И от этого внутри все переворачивается.
Горько усмехнулась. Когда я стала считать сам факт того, что Ал бросит – самым страшным, что может со мной случиться? Не духа-убийцу, не гидр, не василиска, а именно это. И сама не знаю. Только одна мысль, что потеряю Алэрина, почти лишает рассудка, причиняя едва ли не физическую боль. И если раньше я могла держать эмоции под контролем, то теперь… Смотрю в глаза Алэрина, и все кажется таким правильным. Но что же мне так страшно сказать это проклятое «да», которое все расставит по местам?
– Ал…
– По-моему, ты надо мной издеваешься. Да ты в битве с василиском была более смелая и решительная, чем сейчас! – возмутился он.
– Знаешь, сравнил тоже! – воскликнула я. – Василисков убивать проще.
Ал рассмеялся, притянул меня и усадил к себе на колени. Ласково провел пальцами по моей щеке, вздохнул.
– Трин, давай ты прекратишь меня мучить и скажешь свое «да». А потом…
– Что? – поинтересовалась я, чувствуя невыносимый страх и одновременно радость от его предложения.
– Мы будем медленно и осторожно продвигаться дальше. Я не буду на тебя давить, обещаю. Лишь хочу определенности.
– А что мешает нам строить отношения без помолвки?
Он приподнял мое лицо.
– Хочу знать, что среди лучших ты выбрала меня, Трин. И не сходить с ума от ревности.
Я глупо заморгала.
Ал меня ревнует? Немыслимо.
– Так ты примешь мой браслет, Трин?
Взгляд Алэрина стал серьезным. И наверное, в этот момент стоило просто сказать «да», но все мои сомнения хлынули разом, заставляя дрожать.
– О боги!
Ал вдруг прижал меня к себе.
