Ведь появится возможность без ущерба для репутации мятежников просить, нет, требовать уступок от управителя колонии! Сторм смотрел на пожар и думал: «Вот и увидим, останется ли старик таким же высокомерным, как тогда, на их «суде». Посмотрим, посмотрим, кто перед кем станет в итоге извиняться, и чья вина окажется существеннее!»
В воспалённом воображении Сторма замаячили контуры следующего этапа. Сейчас поселенцы напуганы. Пусть! А он потребует у них космолёт. И неважно, что корабль единственный на планете, и без него прервётся связь с внешним миром. Пусть помучаются! Судьба колонистов мало волновало мятежного лидера.
«Что, если переселенцы не внемлют гласу разума?» – подумал Сторм. От пришедшей мысли пробрал озноб. Что ж, придётся поискать новые наказания для колонистов. Тогда все поймут: никто не смеет насмехаться над Стормом Ургингом дважды!
Пожар укротили к вечеру. В округе виднелись лишь обугленные остатки некогда богатых трав. И тогда же Бен отправился в поселение как посланник Сторма. Его появление вызвало переполох: люди шумели, осыпали парламентёра угрозами.
Заместитель управителя Йон возглавил толпу взволнованных, испуганных, но вместе с тем обозлённых людей. Они вышли навстречу гостю. Шэйди к ним не примкнул: он получил лёгкие ожоги и отправился к врачу. Домик врача стоял неподалёку от выхода из поселения, поэтому Шэйди прекрасно видел всё происходящее в окно.
Картина не радовала. Бен не разобрался в настроениях обычно добродушных поселенцев и заявил, что Сторм, как «автор» пожара, требует…
Никто не стал слушать требования мятежников. Озверевшая толпа ринулась на Бена в атаку.
«Парламентёр» осознал, что его будут бить и бить сильно. Так бьёт группа людей, только что боровшаяся со злом, виновник которого возник на горизонте. Доводы или соображения в расчёт браться не могли, ибо в тот момент слова лишены смысла.
Мало чего человеческого прослеживалось в колонистах, которые погнались за Беном По выжженной степи бежала стая, олицетворявшая дикую и необузданную силу пробудившегося в человеке зверя. Это звериное начало нуждалось в утолении жажды мести.
Меж тем степь лежала обугленной головёшкой, и тяжелая удушливая пыль вылетала из-под ног Бена. Никогда в жизни он так быстро не бегал. Словно крылья выросли за спиной и несли вперёд от разъяренной толпы. Бен не заметил, как преследователи понемногу отстали, оставшись в итоге где-то далеко позади. А впереди его ждал Сторм.
– Провал, босс, – сообщил Бен. – Они даже слушать не стали.
Его голос прозвучал сипло. Бен запыхался и судорожно глотал воздух.
– Сразу рассказал им о нашей роли в степном пожаре? – уточнил Сторм.
В его словах проскальзывало раздражение. Однако в целом он говорил на удивление беззлобно.
– По твоей милости, проторчим теперь здесь минимум неделю. Пока «эти» не остынут. Ладно, через семь дней сам отправлюсь с «хорошими вестями». Отдыхай, брат!
Сторм ободряюще улыбнулся и похлопал удивлённого Бена по плечу.
Сутки этого мира примерно равнялись земным. Так что семь раз с момента пожара вставало из-за горизонта светило Циуса V. И вот опять оно висело в небе, словно прибитое к нему гвоздями, и выступало молчаливым свидетелем событий в поселении колонистов. Светило озаряло изуродованную пожаром степь — этого распластанного на земле зверя, зализывающего раны и готовящегося к новым битвам.
Пожар принёс много бед, но не убил жизнь в степи окончательно. Восстановление уже началось. Не пройдет и года (местного семисотсуточного года), а то и раньше, как оголённое огнём поле вновь займётся зелёным морем. Впрочем, мало у кого вызовет сопереживание замечательная картина из будущего.
Затруднительно войти в одну и ту же точку хронопотока дважды, тем более в одном и том же состоянии души. В текущий же момент по едва оправившейся от пожара степи шёл высокий человек в мятых брюках и рубашке, давно нуждавшихся в свидании с водой. Это Сторм покинул лесное убежище, отправившись реализовать возникшие у него идеи.
Мятежник не просто так верил в свою звезду. В поселении знали о властолюбии Сторма и раньше. Никто не сомневался: при получении малейшего шанса он непременно попытается подчинить себе остальных колонистов.
Вполне вероятно, что жители серьёзно отнесутся к любой угрозе, исходящей из уст мятежника. Зачем же он посылал ранее Бена? Психологический расчёт. Сразу после пожара поселенцы не могли среагировать на приход парламентёра иначе, чем они поступили.
Между тем осталась «зарубка» в памяти. Есть силы, которые готовы атаковать поселение. Первая пусть попытка провалилась. Жители вон даже попытались контратаковать. Но… Как только они успокоятся, страх перед неизвестной опасностью змеёй вползёт в их сердца, останется там и будет расти.
Именно на основе вполне оформившегося страха Сторм и хотел построить свою месть. Последняя неделя для того и сгодилась. Пусть подумают, пусть всё взвесят.
