- Как и большинство детей, - снисходительно сказала мама. - Арабелла, может быть, ты вскоре снова выйдешь замуж.
Я уставилась на нее в ужасе.
- Мое милое дитя, это же естественно. Ты так молода, и тебе нужен человек, который будет заботиться о тебе.
- Никто не сможет позаботиться обо мне лучше, чем Эверсли. Они очень добры ко мне.
- Я не сомневаюсь в этом и рада за тебя. Но если ты вновь влюбишься...
- Я не влюблюсь. Ты не знала Эдвина, мама. Его ни с кем нельзя сравнить. Если бы он был менее совершенен.., наверное, мне было бы легче. Но теперь я всех буду мерить по нему.
- Ну, может быть, позже...
- Никогда! - страстно воскликнула я. Мы объехали с отцом все имение. Он с радостью демонстрировал мне новоприобретенные земли и то, что он успел восстановить на старых. На месте руин старого игрушечного замка мама разбила красивый сад. Она проводила там много времени.
- У меня очень беспокойная жизнь, - сказала она. - Я часто бываю в Лондоне с твоим отцом, а когда устаю там, возвращаюсь сюда. Надеюсь, Лукас получит хорошее место при дворе. Король высоко ценит твоего отца, хотя и не относит его к числу старых друзей. Да это и невозможно. Карл питает к нему уважение как к одному из своих военачальников, но люди, окружающие короля, больше напоминают Карлтона Эверсли: веселые, остроумные и не слишком высоконравственные... В общем, похожие на короля. Полагаю, Карлтон Эверсли часто составляет ему компанию.
- Да, он постоянно бывает при дворе, - сказала я. - Я слышала, он прекрасно управляется с делами имения, но мне кажется, что он неутомим и любит разнообразие.
- Как и большинство мужчин, сказала бы я. Благодарю Бога за то, что твой отец никогда не был таким. Именно поэтому он и ездит ко двору только по делам. Король умен.., умнее, чем иногда кажется, и, хотя он может вести себя легкомысленно с другими, на твоего отца производит большое впечатление его серьезность в иных вопросах.
- Мама, мне кажется, ты очень счастливая женщина.
- Это верно. Ты же знаешь, мне пришлось немало страдать. И даже когда мы с твоим отцом поженились, то оказались в изгнании и часто разлучались. Теперь мы приехали домой для того, чтобы жить счастливо.
- Все идет так, как ты хотела, мама?
- За исключением одного. Мне хотелось бы видеть тебя счастливой.
- Я счастлива, насколько могу быть счастлива без Эдвина.
- Придет день... - сказала она.
В ответ я улыбнулась. Мне хотелось сказать ей, что, познав совершенные взаимоотношения, я никогда не смогу заставить себя согласиться на что-то меньшее.
***
Вернувшись в Эверсли-корт, я встретила не менее теплый прием, чем в Фламстеде. У меня не было причин сомневаться в том, что меня очень любят.
Эдвин немедленно попал в руки к бабушке и после осмотра был признан еще более красивым и умным, чем в момент отъезда, вообще совершенно безупречным ребенком.
Салли Нуленс сообщила мне, что господин Ли с удовольствием пользовался детской в одиночку. Возможно, именно поэтому он встретил возвращение Эдвина без особого энтузиазма. Пришла Частити со сплетенным ею венком из ромашек и уговорила меня надеть его. Эллен испекла мой любимый рябиновый пирог, а Карлотта пришла ко мне в комнату и призналась, что рада моему возвращению. Затем она дала мне подробный отчет о поведении Ли в мое отсутствие, и я была счастлива, чувствуя, что она проникается к ребенку любовью. Джаспер исследовал карету на предмет выявления возможных повреждений, постоянно бормоча себе что-то под нос, да так невразумительно, что я ничего не смогла понять. Бедняга Джаспер! Как и следовало ожидать, ему приходилось нелегко. В округе было много таких же, как он, твердых сторонников "круглоголовых", которым было трудно быстро приспособиться к происшедшим изменениям.
Счастливой оказалась моя поездка, и счастливым было мое возвращение домой.
За обедом к нам присоединился Карлтон - удачное обстоятельство, как сказал мой свекор, учитывая то, что я и драгоценный мой Эдвин вернулись.
Карлтон только что приехал с новостями от двора. Вообще большинство придворных новостей мы узнавали от него. Мы узнали, что тела Оливера Кромвеля и кое-кого из его сторонников выкопаны и повешены для публичного обозрения в Тайберне; что некоторые люди, похороненные в церкви Генриха VII и в Вестминстере, тоже выкопаны и захоронены на обычном кладбище. Мы понимали, что многие сейчас желают отомстить тем, кто изгнал их из родной страны и превратил в беженцев.
- Однако, - сказал Карлтон, - королю надоели эти взаимные обвинения. Он сказал: "Хватит!" Ему хочется жить в мире со своими подданными. Он будет любить их, если они будут любить его; и, если они примут его вместе со всеми его недостатками, он отплатит им той же монетой. Король - уживчивый человек, считающий, что ссориться глупо и что ненависть никому не приносит добра.
Я сказала:
- Кажется, он приятный, но несколько слабый человек.
- Измена! - воскликнул Карлтон. - А вдруг я донесу на вас Его Величеству?
- Если он желает, чтобы я принимала его вместе со всеми недостатками, я вправе требовать от него того же, - возразила я.
Карлтон рассмеялся и спросил:
