Сашу такие речи безмерно раздражали. Во-первых, он не считал, что кто-либо имеет право дурно отзываться о Лидии, а этот ублюдок Виктор и подавно. Во-вторых, Саше хотелось крепко дать Виктору по лицу, когда он называл Лидию своей.
– Я вообще подумал, что вы хотите подарить Лидии бессмертие… ну или что-то вроде этого, заказав у меня ее портрет, – Саша произнёс это тихо и вкрадчиво, словно приоткрывая страшную тайну.
– Бессмертие? – Виктора позабавили Сашины слова. – Да, вы, мой друг, философ. По вам не скажешь, хоть вы и художник. Извините.
– Ну… поскольку Лидия не оставила детей после себя. В смысле пока не оставила. Портрет может помочь ей оставить свой след в нашем мире.
Виктор уже в открытую веселился.
– Честно сказать, я так глубоко не копал, – сказал он. – Вас заботит проблема бессмертия?
– Любому человеку нужно понимать, что он не канет в небытие, когда его тело разложится и обратиться в прах.
– Это ваши слова? – Виктор заинтересованно поднял вверх брови. – Или вы повторяете чужие мысли?
Это слова Лидии, по которым Саша жил, как христиане живут согласно Святому Евангелию. Это та жизненная цель, которую Лидия ему завещала – не дать им вдвоём сгинуть и оказаться в забвении.
– Это мои размышления, – ответил Саша. – Вас никогда не посещали подобные мысли с вашим философским складом ума? Или вашу возлюбленную Лидию, к примеру? Она не задумывалась? Очевидно, что она женщина тонко чувствующая.
– Философский склад ума? Тонко чувствующая женщина? – Сашу раздражал весёлый тон Виктора. – У вас сложилось о нас с Лидией столь возвышенное впечатление? Что ж, приятно, конечно. Я философ от нечего делать, не сказать, что меня сильно заботят проблемы бытия. Я так развлекаюсь, посему на звание философа не претендую. А что касается тонко чувствующей, – красивый рот Виктора язвительно скривился, произнося данную характеристику, – Лидии, то она, пожалуй, достаточно себялюбива, чтоб над этим задуматься.
– Вы от неё этого не слышали?
– Нет, – Виктор покачал головой.
Саше было приятно, что Лидия открыла ему то, о чем молчала с этим проклятым Виктором. Значит, он, Саша, что-то для неё да значил. Она видела своё бессмертие именно в нем.
– То есть вам все равно, что вы ничего не оставите после себя? Или вы удовлетворены тем, что после вас останутся дети? – Саша все-таки хотел узнать точку зрения Виктора на этот счёт.
