– Выбери, на чьей ты стороне, Тронорт. Сделай это сейчас, пока воздух пропитан запахом крови твоего проводника. И если ты не со мной, я отпущу тебя… в последний раз. Но знай: ты и я – одно, в нас обоих горит огонь Чёрной Молнии, – Зусуз ткнул палкой в грудь Тронорта. – Почувствуй его.
И Тронорт почувствовал. Палка Зусуза пробудила в нём к жизни то, что Лавуан назвал кривизной, а Зусуз – огнём Чёрной Молнии, то, что вложило в его уста зловещие слова: «Наступает новое время, лесовик», то, что охладило его кровь теперь. Он отбросил флягу, из которой только что отглотнул воды, разбавив ею горечь слёз, стекавших по его щекам на губы.
– Откуда же взялся во мне этот огонь, Зусуз? – с усмешкой спросил он.
Зусуз поднял свою палку, погрузил её в мрачнеющий воздух и начертал число сорок шесть, которое тут же растворилось, вернувшись в память.
– Сорок шесть лет назад мне удалось проникнуть в самое сердце горы Рафрут, что возвышается на Скрытой Стороне. Там, в пещере Руш, моё любопытство привлёк камень, раскалённый добела неведомой силой. Сдвинув его, я освободил эту силу. Она предстала предо мной в виде сгущённого до черноты тумана. Это был клуб тумана. Незримую силу его почувствовала моя палка и через неё я. Клуб медленно поплыл вверх под самый свод пещеры. Не найдя выхода, он заревел диким рёвом и в один миг, словно прыгнувшая на жертву змея, распрямился нитью Чёрной Молнии, которая рассыпалась на десятки огненных стрел. Они пронзили стены скалы и разлетелись по Мирам. Одна из них заметалась по пещере – я оказался на её пути. Другая нашла тебя. Огонь Чёрной Молнии разжёг в нас жажду повелевать.
Тронорт вспомнил автопортрет, который он рисовал, если прикинуть… сорок шесть лет назад… зеркало, трещину на нём…
– Это была не трещина на зеркальном полотне, – признался он самому себе в том, в чём никогда до этого не признавался. – Это была кривизна… во мне. Это был огонь Чёрной Молнии… Ты прав, Зусуз: я и ты – одно.
– Я и ты – одно. Но нас двое. Когда тебе будет мало оставаться только Тронортом и ты ещё раз скажешь, что ты это я, а я это ты, мы станем единой плотью и разделённый огонь в нас – единым огнём. И из пещеры Руш, что в горе Рафрут, в которую войдут Повелитель Скрытой Стороны Зусуз и избранник Слезы Тронорт, выйдет Повелитель Мира Яви, и имя его будет Трозузорт.
Провозглашённая Зусузом идея привела Тронорта в безудержный восторг, и он разразился бешеным смехом, который заставил горхуна повернуть голову к нему и зарычать.
– Тихо, Шуш. Тихо, – успокоил свою крысу Зусуз.
Потом он подошёл к ореховым головам, ждавшим приказа.
– Благодарю вас, мои воины! – сказал он и тремя сокрушительными ударами своей палки убил их.
– Зачем?! – в изумлении воскликнул Тронорт. – Они… даже не ранены!
– Воины не должны быть свидетелями слабости, которую позволил себе их Повелитель, – сказал Зусуз, обратив свой холодный лик к Тронорту. – Твоя слеза для них хуже безнадёжной раны. Садись на горхуна. Я покажу тебе Выпитое Озеро – моё здешнее владение.
Тронорт с опаской приблизился к кровожадной крысе.
– Шуш, Шуш, я с твоим хозяином, я… гость твоего хозяина.
Зусуз рассмеялся. Потом сказал:
– Проникни в суть и подчини. Это то, на чём я стою с тех пор, как рука моя приняла палку, сделанную из болотного двухтрубчатника. Вот эту самую палку. Запомни эти слова: теперь это и твой девиз.
– Проникни в суть и подчини… – повторил Тронорт. – Я изображу наш девиз в виде символов, и каждый наш воин на своём панцире, на месте сердца, понесёт волю Повелителя Мира Яви Трозузорта.
– Ты обязательно сделаешь это. Теперь садись – не мешкай. Я сяду сзади. Крепче держись за ошейник. Домой, Шуш!
Тронорт почувствовал, как всё тело горхуна напряглось. Тот сделал несколько пружинистых шагов и, опёршись крыльями на воздух, оторвался от земли. Тронорт вцепился в ошейник и изо всех сил сдавил бока Шуша ногами. Голова его закружилась, он будто опьянел от полёта. Ему и хотелось быть сейчас пьяным и забыть обо всём, что было… и не думать о том, что будет. Потом – очнуться в своей мастерской, где в кресле будет сидеть Мо, и запечатлеть на полотне… своё головокружение, а не символ воли Зусуза. Только бы пьяные руки не выпустили… ошейник.
…Тронорту стало страшно, когда горхун вместе с ним и вторым наездником погрузился в слепой туман. Казалось, ему не будет конца. Казалось, из него нет выхода…
– Зусуз, скоро мы доберёмся до Выпитого Озера? – громко спросил Тронорт, повернув голову назад, чтобы увидеть хотя бы того, кто был за его спиной.
Но туман пропустил только голос. Сначала это был знакомый густой смех. Потом – ответ:
– Оно под нами. Шуш знает, где надо сесть. Он не ошибётся даже там, где без огня не ступишь и шага. Он чует ушами.
– А-а! – вскрикнул Тронорт и, потеряв равновесие, едва не свалился со спины горхуна: Шуш неожиданно стал снижаться.
Вдруг взору Тронорта открылась картина, которая поразила его.
– Это твоё владение?! – воскликнул он.
– Наше владение! – первый раз в голосе Зусуза слышался трепет: это гордость взыграла в нём. – Мы облетим его, прежде чем сядем. Слышишь, Шуш?
