– Не понимаю о чем ты, – криво улыбается, рывком ставя меня на ноги.
И… Тут же целует. Тут же!
Да так, что я чуть не переламываюсь в пояснице от напора, а рюкзак эффектно падает к ногам из ослабевших рук.
В шоке луплю Эмиля по спине, но не слышу звуков собственных ударов из-за поднявшегося оглушительного хохота и свиста. Его друзья в восторге, а я в прострации.
Сдаюсь, обнимаю в ответ, обмякая. Показушник…
Но вопрос окончательно и красиво снят с повестки – не могу этого не признать. Млею от того, как Эмиль, оторвавшись наконец от моих губ, смотрит пьяно и гордо.
– Красавчик! – весело орут парни.
Девчонки хихикают. Я вся красная.
Эмиль поднимает мой рюкзак и закидывает себе на плечо. Ноги ватные, когда иду с ним за руку к главному входу. Вокруг веселый шум. Все смотрят дружелюбно, и это греет и только добавляет хмеля в крови.
Ну почти все… Случайно ловлю на себе нездорово блестящий взгляд смутно знакомой эффектной брюнетки в толпе.
Такой взгляд, что в груди холодком сжимает в ответ. Но уже в следующую секунду брюнетка отворачивается, ударив по своим плечам идеально блестящим высоким хвостом и, схватив какую-то рыженькую девочку, стоявшую рядом с ней, за локоть, исчезает в главном корпусе.
На автомате смотрю им вслед. А потом меня снова отвлекает Эмиль, подводя к своим друзьям и знакомя с теми, кого еще не знаю.
***
На паре сижу в полном коматозе, улыбаясь своим мыслям и ощущениям как дура.
Меня будто лягушку засунули в теплый котел и нагревают, нагревают, нагревают… Не могу ни на чем сосредоточиться. Даже на рядом сидящей Машке, которую очень интересует в чем причина дебиловатого счастливого выражения на моем лице.
Я на самом деле хочу ей рассказать и обязательно расскажу.
Но в красках, после пары, чтобы не переживать из-за возможного окрика преподавателя. Эмиль представил меня как девушку кажется даже дверным косякам в нашем универе. С таким достоинством и довольством, что я даже не могу это описать. Будто ему все должны завидовать, будто он счастлив, будто он хвастается…
Вами когда-нибудь хвастались, искренне, как дети?
О, это чувство не передать… Тем более я никогда не была той девушкой, которая на что-то подобное претендовала. А Эмиль словно взял и перед всем универом поставил меня на пьедестал, пользуясь собственным авторитетом. И это настолько лестно, что сейчас вместо того, чтобы слушать лекцию, я сижу и мысленно перебираю все ласковые слова Эмиля, сказанные мне, все взгляды, прикосновения, и методично придаю им более глубокий смысл.
Это так сладко погружает в себя, что я не сразу замечаю, как по аудитории начинает ползти возбужденный шепоток.
Он, словно тягучая волна, подбирается все ближе и ближе.
Вибрирующие уведомлениями телефоны, сдерживаемые смешки, подавленные ехидные вздохи…И взгляды почему-то липнут к моей спине, так как я сижу с Машей на первой парте.
Этих взглядов так много, что начинаю ощущать их физически.
Хмурясь оборачиваюсь. Что?!
Мне в ответ наглые похабные улыбки и снова носом в телефон.
– Тише, гаджеты убрали, – раздражается преподаватель.
Недовольный шум за спиной. Смешки…
Мой мобильный в рюкзаке тоже оживает одновременно с Машиным.
Я свой не рискую достать, так как лектор в этот момент раздраженно смотрит прямо на меня, а вот Машка аккуратно достаёт телефон, пряча его под партой.
И судорожно громко выдыхает, прежде чем с нотками паники просипеть:
– Ма-а-аль…!
Всучает мне свой мобильник. Кошусь на экран, хмурясь, и…
Что-то во мне стремительно отмирает с каждым прочитанным словом пересланного сообщения из профкомовского чата.
Unknown 123:" Караев сегодня в наглую заявился со своим трофеем. Интересно, она просто шлюшка с месячными или он ее тупо купил, чтобы не отдавать мяч? Ваши ставки!"
И несколько прикрепленных файлов… Первыми в глаза бросаются два шокирующих порно фото, на которых.. Я!
Ошибиться невозможно – блеклый свет ночника четко выхватывает мое спящее лицо.
А еще он отлично подсвечивает… И тут я начинаю натурально задыхаться, хватая кислород маленькими жадными порциями как рыба, потому что разглядываю свою собственную открытую для всех промежность, которую до этого, если честно, особо и не видела никогда!
А вот теперь смотрю на свои половые губы в чужом телефоне, еще и с подсохшими красными характерными разводами… И…
У меня темнеет перед глазами. Натурально темнеет. Мир кружит, я проваливаюсь куда-то, из последних сил держась в этой реальности.
Там еще одно фото, как Эмиль сейчас целовал меня при всех на парковке. Нагло, по-хозяйски…
И то, от чего я млела еще пять минут назад, сейчас окрашивается для меня совсем другими жуткими смыслами. Как там написано…Трофей! И все так свистели…!
Еще прикреплен обрывок этого утреннего фото, где увеличены зумом мои серёжки.
Хватаюсь за ухо ледяными пальцами, щупаю металл. Сзади отчетливые глумливые смешки. Это про "купил", да?!
Это типа вот так он меня “купил”???
Мне хочется в истеричном порыве разом выдернуть проклятые серьги из ушей, но мои дрожащие тремором руки сейчас просто не справятся с английский замком.
