В отличие от витрины, в самом магазине большую часть места занимала именно галантерея и лишь небольшой уголок отведён под книги. Они были выставлены так, чтобы можно было рассмотреть обложки, с которых на меня взирали ярко одетые парочки на разных фонах и в мало отличимых позах. Продавец был занят дородной тётушкой, судя по одежде, скорее всего, из прислуги. Так что никто пока ко мне с советами не лез.
Подойдя ближе, я внимательнее рассмотрел обложки и взял первую попавшуюся книгу. Открыл и начал читать. «Софи выглянула в окно, но весь мир показался ей серым и унылым. В груди разгоралось тягостное томление, не дававшее дышать. Как же жестока к ней судьба!»
Дальше шло примерно в том же духе, и лишь к двадцатой странице Софи прекратила терзать себя страданиями и решила выйти из дома. Сам не знаю почему, но вспомнилась приторность недавно съеденных пирожных. Да, они очень вкусные, но наелся я ими только из-за их чрезмерной сладости. Хватило пройти какую-то сотню метров по свежему воздуху, и снова захотелось есть, причём чего-то мясного. Вот и тут примерно так же. Я взял другую книгу, где на обложке красовался широкоплечий мужчина с револьверным ружьём и повисшая на нём девица. Тут герой не страдал, радостно умерщвлял врагов пачками, причём с первой же страницы. Даже захотелось вернуться к страданиям Софи.
Хорошо, что не вернулся, потому что услышал за спиной чуточку ехидный вопрос, заставивший меня вздрогнуть:
— Интересуетесь бульварными романами?
Я повернулся к незаметно подкравшемуся продавцу и поборол желание тут же поставить книгу на место.
— Любопытствую, — постарался я скопировать манеру речи Артемия Фёдоровича. — Интересуюсь же немного другой книгой.
— Позвольте полюбопытствовать, какой именно? — уже без издёвки спросил продавец.
— Я ищу «Одержимый мир» Гжегожа Корчака.
Продавец нахмурился, но испуганным не выглядел, зато стало понятно, что он знает как минимум о существовании такой книги.
— Ну, с этим вам точно не ко мне. Я лишь недавно занялся продажей бульварных романов и другой литературы не держу. Всё-таки прежде всего это галантерейный магазин.
— Но название вам знакомо.
— Да, научной и прочей серьёзной литературой я тоже интересуюсь, поэтому и позволил себе вот такие вольности, но упомянутую книгу лично не читал, только слышал о ней.
— Не подскажете, где я могу её найти?
— Разве что в княжеской библиотеке или в коммерческой библиотеке Спаноса.
— И как мне туда попасть?
— Я так понимаю, в нашем городе вы недавно? — Заявление спорное, но сейчас это не так уж важно. Дождавшись моего кивка, продавец продолжил: — Кроме книг, я продаю путеводители по городу и карты с трамвайными маршрутами. Не желаете?
Продавец вёл себя уважительно, и захотелось сделать ему приятное. К тому же страдания Софи чем-то зацепили. Купив книгу и карту, я покинул магазин. Карта была составлена для таких, как я, — не совсем тупых, но пока ещё не очень умных.
До цели, которую на карте отметил продавец, получилось добраться без труда со всего лишь одной пересадкой. Покинув трамвай и осмотревшись, я поражённо замер. По широкой улице почти друг другу навстречу с пугающей скоростью двигались железные телеги. Я даже дышать от страха перестал, но при этом почему-то подумал, что трафик так себе, да и машины сущий примитив. Ухватившись за эти мысли, получилось расслабиться, и всё стало на удивление привычным. Даже почувствовал, что зря сэкономил в магазине готового платья. Двигавшаяся по тротуару публика вырядилась словно на бал, ну или мне так показалось с непривычки. Затем внимание привлекали видневшийся впереди купол центрального собора и возвышавшийся на холме детинец. Не очень высокие, но толстенные стены бастионов словно нависали над центром города, закрывая собой всё, что было за ними. С моего места была видна лишь верхушка княжьего дворца.
Выглядело всё это более чем монументально, и даже новые высотки, самая большая из которых пока ещё не достроена, были выше, но на фоне древней крепости выглядели как-то несерьёзно. Впрочем, многоэтажки находились далеко, а весь старый центр был застроен домами не выше четырёх этажей.
Нужный мне дом находился хоть и не у главной соборной площади, но и не так уж далеко от неё. Фасад двухэтажного здания выглядел солидно и необычно. Необычность подчёркивали два почти голых мужика, поддерживающих крышу каменного крыльца. На возникшее понимание того, что крыльцо называется портиком, а держат его атланты, я особого внимания не обратил. Привык уже.
