— Чем больше имбирного сока я здесь… — Роберт проводит пальцем по моим половым губам, массирует мой клитор в течение двух секунд, — …размажу, тем горячее и возбужденнее ты станешь, но — и в этом самый смак — ты не сможешь кончить. В небольших количествах сок дарит очень приятные оргазмы, как это было только что, но в больших количествах он мешает кончить. Это очень мучительно, когда ты так невероятно возбуждена, так сильно жаждешь оргазма и можешь делать все, что хочешь. Но это не сработает, ты не сможешь этого сделать. Немного потренировавшись, я смогу удерживать тебя в этом состоянии часами, Аллегра.
Его голос — чистейший соблазн.
— Ох… — только и могу произнести я и уже знаю, кому в ближайшем будущем достанется большее количество этого волшебного сока на клитор. — Как долго это действует, если нанести немного всего один раз?
— Около тридцати минут. Чем больше, тем интенсивнее, тем дольше. Менее чем через полчаса ты больше ничего не будешь чувствовать.
Я уже ощущаю, что эффект сходит на нет. Ощущение изысканное, думаю, что мне оно нравится, поэтому делаю мысленную заметку, чтобы с этого момента в доме всегда был имбирь.
— У тебя есть еще немного? — спрашиваю я, шевеля задницей, насколько могу.
— Что?
— Сока?
— Да. Ты хочешь еще одну дозу?
— Да, пожалуйста.
— Э-э-э, кому-то это действительно понравилось, да?
— Хм-м-м, это было очень, очень клево. И это чувство уже почти прошло.
— Похотливая сучка, — шепчет Роберт, а затем я чувствую его пальцы между ног, чувствую, как он растирает сок, и удовлетворенно стону.
Мне снится очень эротический сон. Я ощущаю на себе руки Роберта, ласковые и нежные, завлекающие, соблазняющие. Чувствую поцелуи на спине, кончики пальцев, скользящие по моим половым губам. Очень медленно до меня доходит, что я больше не сплю, и открываю глаза. Рассветная полумгла, проникающая сквозь щели жалюзи, окутывает комнату рассеянным светом. Наверное, еще даже нет половины шестого. Я чувствую руку Роберта между ног, он впивается в мое бедро, сгибает мою ногу и осторожно слегка разворачивает меня, чтобы без проблем проникнуть как можно глубже.
— Роберт… — шепчу я и тянусь назад, нащупываю его голову, ласкаю его щеку, когда нахожу ее.
— Наконец-то проснулась, а? Приятно, что ты все-таки решила принять участие в этом мероприятии…
Я чувствую его ухмылку под ладонью и уже собираюсь ответить, когда он резким толчком врезается в меня. Без проблем. И понимаю, что обильно теку, и задаюсь вопросом, как долго он меня ласкал, не разбудив при этом.
— А-а-ах… — стону я, наслаждаясь крепкой хваткой, удерживающей меня.
Теперь, когда я уже проснулась, он прикасается ко мне совсем по-другому. Я пытаюсь улечься поудобнее, чтобы получить максимум удовольствия от этого раннего утреннего траха. Но Роберт не позволяет мне этого, удерживая руками мое тело в том положении, в котором хочет, чтобы я была.
— Прекрати, моя красавица. Я использую тебя, беру тебя, когда пожелаю, Аллегра.
— Я просто хотела… — бормочу я, пытаясь оглянуться через плечо.
— Нет.
Он скользит ладонью к моему рту, и я киваю, чтобы показать, что понимаю. Роберт все равно оставляет руку на месте и начинает меня трахать. Одной рукой удерживает меня на месте, а другой закрывает мне рот — явный признак того, что все происходящее только для него, для его удовольствия. Мое удовлетворение не в счет. Я — вещь, которую он использует. Я стону при каждом сильном толчке ему в ладонь, улыбаюсь, когда он начинает дышать все быстрее и быстрее, когда начинает стонать, когда чувствую и слышу его оргазм. Мужчина расслабленно опускает руку, мой рот снова свободен. Он притягивает меня к себе, тонкая пленка испарины на его коже кажется прохладной, а кожа под ней — обжигающе горячей. Роберт остается внутри меня, не пытаясь выйти, и я напрягаю вагинальные мышцы несколько раз подряд.
— Н-нх? — издает Роберт дергает бедром, как будто рефлекторно реагирует на мое тело.
— Я люблю тебя, — тихо говорю я и получаю в ответ поцелуй в затылок.
— Я тебя тоже. А теперь тихо, я хочу спать дальше.
Выспавшись, я иду в ванную, чищу зубы и принимаю душ, затем завариваю кофе и возвращаюсь в спальню. Мне не давали разрешения вставать. Поэтому тихонько прокрадываюсь на свою половину кровати и наблюдаю за ним, пока тот не проснулся, все еще ошеломленная тем, что этот мужчина мой, что я на самом деле подцепила красивого, умного мужчину, чьи предпочтения идеально дополняют мои. Я смотрю на его правую руку, лежащую на животе, на большую ладонь, которой он может причинить мне столько боли, на длинные тонкие пальцы, которые могут доставить мне столько удовольствия. Серебряное кольцо на его безымянном пальце сияет в лучах утреннего солнца, проникающего сквозь щели в жалюзи. Запах кофе доносится через открытую дверь в спальню, и Роберт шевелится, потягивается и открывает глаза.
— Утро, — бормочет он, морщит нос. — Кофе уже готов?
— Да. Хочешь в постель?
— Да, пожалуйста.
Я встаю и иду на кухню, наливаю нам двоим кофе, ставлю чашку перед ним и спрашиваю, принести ли газету?
— Хочешь пойти к почтовому ящику голой, Аллегра?
