— Хорошая идея. Спасибо, Аллегра. А теперь снова с самого начала. Мелинда подслушала что?
Я рассказываю ему еще раз медленно и упорядоченно, а не смущенно и сумбурно, как раньше.
— Он хочет отправить ее на свадьбу сестры с этим уродливым ожерельем и полностью закрытой? А она — подружка невесты?
— Да.
Роберт задумывается, хмурясь и барабаня большим пальцем по моей ладони.
— Роберт?
— Угу?
— Ты бы не поступил так, не так ли?
— Ты смотришь на меня, как испуганный олененок, Аллегра, — улыбается Роберт и сжимает мои руки. — Нет, я бы не стал так поступать. Я бы, если бы меня пригласили, с энтузиазмом исполнял бы роль твоего ванильного кавалера в течение дня и наслаждался бы моей красивой, смеющейся и раскованной женщиной. После вечеринки я забрал бы домой эту, скорее всего, слегка пьяненькую подружку невесты и всю оставшуюся ночь дарил бы ей самый замечательный, нежнейший ванильный секс. А на следующее утро отшлепал бы ее задницу, потому что она так бесстыдно флиртовала со свидетелем.
Мы смеемся, и Роберт целует меня. Я знаю, когда получу свое наказание, все будет снова в полном порядке.
Роберт отвозит меня домой, чтобы забрать пару вещей. Когда я открываю дверь в свою квартиру, он целует меня в шею.
— Поторопись, — шепчет он мне на ухо, — хлыст заждался.
Я улыбаюсь, чувствуя предвкушение, покалывающее по всему телу. Потом вспоминаю, что в награде мне будет отказано, и вздыхаю с отчетливо слышным разочарованием.
— А теперь тебе пришло в голову, что ты не заслужила оргазма, верно?
Я краснею, и в то же время восхищаюсь, насколько хорошо он уже знает меня, насколько уверенно может меня читать.
— Ответь, Аллегра.
— Да, ты прав.
— Я всегда прав.
Боже, эта высокомерная фишка так ему идет. Мне нравится это высокомерие, эта уверенность в себе. От этого я чувствую себя маленькой и никчемной, это делает меня слабой и восприимчивой ко всему, что он говорит и делает.
Когда я исчезаю в спальне, Роберт входит в гостиную и садится на мой диван. Я слышу звонок телефона и кричу:
— Просто игнорируй это. Автоответчик включен.
— Хорошо, — отвечает Роберт, и я иду в ванную и собираю там все, что мне нужно.
Когда я заканчиваю и захожу в гостиную, Роберт стоит у книжной полки и рассматривает книги.
— Могу ли я взять это? — спрашивает он, вытаскивая книгу и поднимая ее, чтобы я могла видеть название. Я на мгновение замираю и улыбаюсь. Марек никогда бы не спросил разрешения, а поставил бы меня перед свершившимся фактом: «я беру эту книгу». Точка. Голая информация. Поскольку я принадлежала ему, все, что можно было найти в моей квартире, автоматически принадлежало ему.
— Конечно. Тебе понравится, — отвечаю я и направляюсь к телефону, чтобы прослушать автоответчик. Три новых сообщения.
— Аллегра, это мама. Не могла бы ты при случае принести мне две бутылки соевого соуса? Из того азиатского супермаркета, что у тебя за углом? Ты знаешь, какой я имею в виду. В бутылках из-под минеральной воды. Но это не срочно. Спасибо, люблю тебя.
— Соевый соус в бутылках из-под минеральной воды из азиатского магазина? — спрашивает Роберт, усмехаясь.
— Бутылки на самом деле похожи на стеклянную тару, в которой продается минеральная вода… Понятия не имею почему.
Второе сообщение от коллеги, которая сообщает мне, что завтра она останется из-за болезни дома, и что поэтому я не должна ждать ее во время обеденного перерыва.
Я удаляю сообщение и проигрываю третье.
— Аллегра.
Я замираю. Голос Марека, строгий и твердый. Голос, проповедующий наказание.
— Ты повела себя очень неуместно сегодня. Я очень разочарован тобой и твоим поведением. Твой новый владелец, очевидно, держит тебя на слишком длинном поводке, длиннее, чем тебе необходимо. Я знаю, что тебе нужно, и твое поведение подтвердило это. Тебе не нужен поводок. Тебе нужен захват прямо за ошейник. Ты, наконец, должна понять, что такие женщины, как ты, не нуждаются в собственной воле. Тебе не нужна твоя воля, Аллегра. Все, что тебе нужно делать, это слушать голос своего Господина. И ты знаешь, кто это на самом деле. Ты знаешь это, Аллегра, верно? Ты знаешь, кому принадлежишь, кто сделал тебя тем, что ты есть. Когда прослушаешь это сообщение, ты придёшь ко мне с извинениями, получишь свое наказание и с благодарностью поцелуешь мои ноги. Я жду, Пятнадцать. И чем дольше я жду, тем строже будет наказание.
