Он снова попробовал позвонить, и остальные тоже попробовали, но скоро всем пришлось признать: мамин телефон не отвечал, и, скорее всего, это значило, что между ними появился ещё один барьер. Тут Тёме пришла в голову ещё одна ужасная мысль.
– Слушайте, – сказал он, внутренне замерев, – слушайте, а если этот барьер отрезал от нас Машину?..
– Мы не сможем до неё добраться, – сказала Николь.
– И всё никогда не исправится… – Нина снова зарыдала, но Тёма внезапно успокоился.
– Ладно, – сказал он, – может, ещё и не отрезал. Но новый барьер может появиться в любой момент. Поэтому нам надо пойти туда прямо сейчас.
Нина замолчала и только всхлипывала, как будто не понимала, стоит ли ей от такой перспективы плакать ещё сильнее или, наоборот, пора перестать.
– Э-э… – сказала Таня. – Но сейчас же темно. Я не смогу попасть дроном в это окошко в такой темноте.
– Тёма прав, – сказала Николь. – Мы не можем больше ждать. Нам надо пойти к Машине, и, если до неё ещё можно добраться, там подождать рассвета. Как можно ближе к ней. И когда станет светло, сразу попытаться.
Все помолчали, переваривая эту мысль. Нина решила перестать плакать. Глаза у неё стали совсем круглые.
– Мы что, будем спать на улице?
– Ага. А туда пойдём пешком через весь город, – добавила Таня. – Транспорт-то не ходит, чрезвычайная ситуация!
– Да нет, зачем на улице, – преувеличенно спокойно сказала Николь. – Там совсем рядом автовокзал, он открыт ночью. Я видела, мы как-то возвращались в Город в три часа ночи, и он работал, и там спали те, у кого автобус рано утром.
– И ничего не через весь город, – сказал Тёма. – Мы же тыщу раз так ходили. Или почти так. Час идти, не больше. Давайте собираться.
Моментально возникла суматоха. Таня и Нина побежали в свою комнату и стали запихивать в рюкзаки какие-то вещи.
– Так у нас ничего не получится, – сказала Николь. – Давайте составим список и соберём всё по списку. Моя мама всегда так делает.
Они взяли бумагу и стали составлять список. Тёплые вещи решили в основном надеть на себя, но немного взять и с собой. Долго обсуждали, кто что наденет. Николь всё записывала на сиреневых листочках, вырванных из блокнота.
Таня и Нина во что бы то ни стало хотели взять с собой пледы. Тёма сопротивлялся. В рюкзаки они не влезут, а если в них замотаться, как собирались Нина и Таня, это будет выглядеть по-дурацки. И идти неудобно. Но Таня и Нина уверяли, что нормально им будет идти. Николь их поддержала. Ей было всё равно, что по-дурацки, на улице темно и никто не обратит внимания. А ночью, может быть, они пригодятся. В конце концов Тёма согласился.
Сложнее всего было с Николь. У неё не было никакой тёплой одежды. Ростом она была даже чуть выше Тёмы, только сильно худее, так что подобрать что-то было сложно. Потом Таня вспомнила, что в кладовке есть мешок с вещами на вырост. Там они нашли для Николь тёплые брюки. И ещё она взяла два Тёминых свитера, потому что пальто у неё было совсем лёгкое.
Итак,
Каждый взял с собой по бутылке с водой. Еду выбрали ту, которую удобно есть в походных условиях: две пачки печенья, четыре банана, упаковку сырных палочек. Таня помыла четыре яблока. Нина сказала, что этого не хватит, сделала всем по бутерброду и положила в свою коробочку для завтрака.
Таня напомнила, что надо обязательно взять с собой зубные щётки. Тёма даже спорить не стал, хотя уж это казалось ему полной глупостью. Тем не менее, они взяли и зубные щётки, и пасту, и расчёски. Тёма вдруг подумал, что мама бы обрадовалась, что они про всё это помнят, и перестал закатывать глаза.
И самое главное. Тёма аккуратно упаковал дрон в коробку и засунул в папин рюкзак – в его собственный коробка не помещалась. Туда же положил пульт управления, карту Машины и запасные батарейки для дрона.
– Ну, – сказал он, оглядевшись, – вроде всё?
Все переглянулись и кивнули. Каждый надел свой рюкзак и тщательно замотался шарфом. Нина и Таня накинули поверх рюкзаков свои пледы. Они перешагнули через кучу одежды, которая не подошла Николь, и смело вышли во двор, в темноту.