– Две недели назад сюда приезжал Рид Ройал, искал тебя. На следующий день твой опекун, Каллум, позвонил мне и сказал, что ты сильно заболела и не появишься на работе. Проходит еще немного времени, и вот ты здесь, выглядишь вполне здоровой, хотя немного похудела. – Она наклоняется вперед. – Элла, тебе нужна помощь?
– Нет. Простите меня, Люси. Я должна была позвонить, но все равно не смогла бы прийти на работу.
Мне тяжело врать ей. Люси – прекрасная женщина, к тому же мне очень нравится тут работать. Об этом я и говорю.
– Мне здесь очень нравится, и я понимаю, что вы рискнули, когда наняли меня.
Люси поджимает губы и делает глоток из своей кружки. Постучав по ней пальцами, она говорит:
– Мне нужна была помощь, и когда ты перестала появляться, а я не смогла связаться с тобой, мне пришлось двигаться дальше. Ты ведь понимаешь, да?
Я киваю, потому что понимаю. Ничего не поделаешь.
– Простите меня, – повторяю я.
– Мне тоже очень жаль, что все так вышло. – Ее рука исчезает в кармане запачканного мукой фартука. – Вот, возьми. Позвони, если что-нибудь понадобится.
Что-нибудь, кроме работы.
– Спасибо, – отвечаю я, убирая визитную карточку в карман.
– Не теряйся, Элла, – мягко говорит Люси и встает из-за столика. – Если у меня появится вакансия, мы попробуем снова.
– Спасибо.
Мой словарный запас ограничен двумя словами: «спасибо» и «извините».
Люси делает еще глоток кофе и уходит на кухню, а я остаюсь раздумывать над тем, насколько неразумно было сбегать. На меня всегда можно было положиться. Но, даже несмотря на мои переживания из-за того, что подвела Люси, какая-то маленькая часть меня рада, что ей не все равно. Хоть кому-то не все равно.
Оказавшись следующим утром на территории школы, я сразу слышу перешептывания. Кто-то усмехнулся, другой просто таращился, когда я парковала машину на стоянке для учеников, но в самом здании все оказывается намного хуже. Сначала – оглушительная тишина, а потом, пока я иду по коридорам, меня преследуют нескончаемый рокот голосов и презрительный смех.
Остановившись у своего шкафчика, я смотрюсь в зеркальце, прикрепленное к дверце, проверяя, не торчат ли волосы или нет ли в носу козявки. Нет, я выгляжу отлично. Одна из стандартных учениц Астор-Парка: белая блузка, темно-синяя юбка и пиджак.
Колготки я надевать не стала, потому что на улице еще достаточно тепло, и почти все девчонки в коридоре тоже с голыми ногами. Значит, перешептываются не из-за того, как я выгляжу.
Мне это не нравится. Слишком похоже на мой первый день в Асторе, когда никто не говорил со мной, потому что все ждали, как поведут себя Рид и его братья. Возненавидят они Эллу или приветят. В конце концов мои соученики выбрали нечто среднее. Большинство из них не сдружилось со мной, но, наверное, скорее, из-за того, что я намеренно ни с кем не общалась и тусовалась только с Вэл.
Сегодня почти все, мимо кого я прохожу, смотрят на меня с презрением. Торопясь на первый урок, я никак не могу перестать нервничать. Я чувствую себя неуверенно, и мне неприятно это ощущение.
Меня грубо пихают в сторону – какая-то темноволосая девица отталкивает меня, вместо того чтобы обойти. Она проходит на несколько шагов вперед, но затем останавливается и смотрит на меня.
– С возвращением, Элла. Как прошел аборт? Было больно? – девица невинно улыбается.
От шока у меня даже приоткрывается рот, но я заставляю себя закрыть его. Девицу зовут Клэр какая-то там. Она была подружкой Истона, пока он не устал от нее.
– Катись ты, – бурчу я и прохожу мимо.
К кабинету химии мы с Истоном подходим одновременно. Взглянув на меня, он тут же хмурится.
– Ты в порядке, сестричка?
– Все отлично, – отвечаю я сквозь зубы.
Не думаю, что Истон поверил мне, но он не произносит ни слова и входит в класс вслед за мной. Мы садимся за стол, который делим с ним с начала учебного года, и я замечаю, как на нас смотрят и ухмыляются.
– Как мило. Секс-кукла Ройалов вернулась, а, Истон? – растягивая слова, говорит парень, сидящий в конце класса. – Готов поспорить, вы с Ридом очень обрадовались.
Истон разворачивается на стуле. Мне не видно его лица, но «шутник» затыкается.
Кто-то кашляет, и тут же раздается шелест открываемых тетрадок и расправляемой одежды.
– Не обращай на них внимания, – советует мне Истон.
Легко сказать.
Дальше становится только хуже. Наши с Истоном расписания совпадают почти по всем предметам, и каждый урок он садится рядом со мной. У меня начинают пылать щеки, когда я слышу, как две девчонки шепчутся, что я сплю с обоими сводными братьями.
– Она и с Гидеоном трахается, – говорит одна из них, даже не утруждаясь понизить голос до шепота. – Наверное, его ребенка у нее и вычистили.
Истон снова разворачивается на стуле и одаривает их убийственным взглядом, и хотя это заставляет злобных стерв притихнуть, тревожный голос в моей голове ничем не унять.
Вэл предупреждала меня о слухах, которые ходят по школе, но неужели все действительно так думают? Что я уехала, чтобы сделать аборт? Что я спала с Ридом, Истоном и Гидеоном?
