– Если могу, я расскажу ему, на что способен. Я поверю, что по крайней мере один светлоглазый не попытается отнять у меня все, что в его силах. Как сделал Рошон. Как сделал Амарам. Как сделал Садеас.
– Значит, вот что потребуется? – спросила она.
– Я предупреждал тебя, что сломлен, Сил.
– Нет. Ты возродился. С людьми такое случается.
– С другими людьми, да, – сказал Каладин, поднимая руку и ощупывая шрамы на лбу. Почему штормсвет не мог их залечить? – Я все еще не уверен на свой счет. Но я буду защищать Далинара Холина во что бы то ни стало. Я выясню, кто он на самом деле. Тогда, может быть... он получит своих Сияющих рыцарей.
– А Амарам? Что насчет него?
Боль. Тьен.
– Его я собираюсь убить.
– Каладин, – произнесла Сил, сложив руки перед собой, – не позволяй этому чувству уничтожить себя.
– Ничего не выйдет, – ответил он, ощущая, что штормсвет на исходе. Униформа начала отклоняться вниз, к земле, как и волосы. – Амарам уже обо всем позаботился.
Земля снова оказалась на своем привычном месте, и Каладин начал падать, отдаляясь от Сил. Он втянул штормсвет и перевернулся в воздухе, ощущая, как его вены вспыхнули жизнью. На скорости он приземлился на ноги, объятый мощью и светом.
Трое его спутников некоторое время не произносили ни слова, и Каладин выпрямился.
– Это, – проговорил Камень, – очень быстрый способ спуститься вниз. Ха! Но мы не увидели, как ты падаешь лицом о землю, что было бы забавнее. Так что довольствуйся жидкими аплодисментами.
Он похлопал. Аплодисменты действительно вышли жидкими. Лоупен, тем не менее, издал одобрительный возглас, а Сигзил кивнул и широко ухмыльнулся.
Каладин фыркнул, взявшись за бурдюк с водой.
– Перила королевского балкона срезаны Клинком Осколков, Сигзил. – Каладин сделал глоток. – И нет, не Убийцей в Белом. Та попытка покушения на Элокара была слишком непродуманной.
Сигзил кивнул.
– Кроме того, – продолжил Каладин, – той ночью перила были срезаны после сверхшторма… В противном случае ветер покорежил бы перила. Таким образом, наш диверсант, Носитель Осколков, как-то проник на балкон после шторма.
Лоупен покачал головой, поймав бурдюк, который Каладин бросил обратно.
– То есть мы должны поверить, что один из лагерных Носителей Осколков пробрался во дворец и добрался до балкона, ганчо? И никто его не заметил?
– Мог кто-то другой проделать что-то подобное? – спросил Камень, указывая жестом на стену ущелья. – Пройтись вверх по стене?
– Сомневаюсь, – ответил Каладин.
– Веревка, – предположил Сигзил.
Все посмотрели на него.
– Если бы я хотел, чтобы Носитель Осколков пробрался внутрь, я бы подкупил слугу, чтобы он спустил вниз веревку. – Сигзил пожал плечами. – Ее легко пронести на балкон, возможно, обернув вокруг тела слуги под одеждой. Диверсант и, может, даже несколько его сообщников могли взобраться по веревке, испортить перила и разбить скрепляющий раствор, а затем спуститься вниз. После этого сообщник срезал веревку и вернулся внутрь.
Каладин медленно кивнул.
– Получается, – проговорил Камень, – что если мы выясним, кто заходил на балкон после шторма, то найдем сообщника. Так просто! Ха! Может быть, ты не опьянен воздухом, Сигзил. Нет. Ну разве что совсем чуть-чуть.
Каладин почувствовал себя неуютно. Между штормом и чуть не состоявшимся падением короля на балконе побывал Моаш.
– Я поспрашиваю, – сказал Сигзил, вставая.
– Нет, – ответил Каладин. – Я сам все сделаю. Никому ни слова. Посмотрим, что мне удастся найти.
– Договорились, – произнес Сигзил. Он кивнул в сторону стены. – Сможешь повторить?
– Опять проверки? – вздохнул Каладин.
– У нас есть время, – ответил Сигзил. – Кроме того, полагаю, что Камень захочет посмотреть, не упадешь ли ты все-таки лицом вниз.
– Ха!
– Хорошо, – согласился Каладин. – Но я собираюсь осушить несколько сфер, которые мы используем для освещения.
Он посмотрел на маленькие кучки на слишком чистой земле.
– Кстати, почему вы расчистили мусор в этой части ущелья?
– Расчистили? – переспросил Сигзил.
– Ага, – ответил Каладин. – Можно было не убирать здесь останки, даже если это просто скелеты. Ведь...
Он замолк, когда Сигзил поднял сферу и направил ее на стену, осветив кое-что, не замеченное Каладином прежде. Глубокие борозды, содранный мох и царапины на камне.
Скальный демон. Один из громадных большепанцирников прошел здесь и смел все со своего пути.
– Я не думал, что они подходят так близко к лагерям, – сказал Каладин. – Может быть, какое-то время нам не стоит тренировать здесь новичков, просто на всякий случай.
Остальные кивнули.
– Он ушел, – проговорил Камень. – Иначе нас бы уже давно съели. Это очевидно. Так что вернемся к тренировкам.
Каладин кивнул, хотя те борозды не давали ему покоя всю тренировку.
Несколько часов спустя они привели усталую группу бывших мостовиков назад к баракам. Мужчины из Семнадцатого моста выглядели обессиленными, но казались более живыми, чем до того, как спустились в ущелья. Они оживились еще больше, когда добрались до бараков и обнаружили одного из поваров, помощника Камня, который готовил для них огромный котел рагу.
