– Мне что ли учить тебя, как устраивать засады? – заметил раздраженно Табомысл. – Главное, обо всем сразу мне сообщай. И можешь не беспокоиться о береге Лабы, мы с Лудиславом возьмем его под охрану от крепости Бойцебор до земель линян.
По дороге домой Радмир объехал все приграничные с франками крепости, начиная с Бойцебора и заканчивая Даргунской на реке Траве. Итоги проверки их готовности к обороне расстроили князя, и, вернувшись в Ратибор, он приказал Гудиславу позвать к нему тиуна и собрать послезавтра полабских жупанов.
– Гонцов предупреди, чтобы их поторопили, – велел Радмир воеводе, который поинтересовался результатами встречи с королем. – Расскажу, только сначала отправь гонцов. И пусть принесут чего-нибудь поесть.
Когда воевода ушел, полабский князь осмотрел свое новое жилище, как он и просил, состоящее из двух комнат: спальни и более просторной приемной с большим дубовым столом посередине. На княжеском подворье Радмир решил пока не появляться, не желая встречаться ни с матерью, ни с невесткой.
– Если княгиня Добронрава обо мне спросит, скажи, что я поживу в крепости, – предупредил он тиуна Любима. – А позвал я тебя, чтобы ты перевез сюда серебро, привезенное мной из Миллина. Воинов для охраны попросишь у Гудислава.
После встречи с королем и объезда крепостей Радмир понял, что без серьезных затрат на подготовку к войне не обойтись. В княжеской казне таких денег не было, поэтому он решил воспользоваться своей долей добычи, полученной после похода на Константинополь.
– Ты меня сегодня загонял, – пошутил вернувшийся воевода. – Докладываю: гонцы отправлены, воины тиуну выделены. Какие еще будут приказания?
– Отправь кого-нибудь за посадником, – не поддержав его шутливого тона, попросил Радмир. – И расскажи, что там с отрядами, которые ты собирался отправить в приграничные крепости?
– Большая часть уже уехала, остальные готовы выступить.
– Попридержи воинов до подхода обещанной Мстивоем сотни. Табомысл считает, что на этот раз франки переправятся в устье Лабы и наши земли первыми подвергнутся нападению. Так что все крепости и города надо готовить к длительной обороне, обеспечив их необходимым числом воинов и продовольствием.
– Но многие крепости не рассчитаны на продолжительную осаду, – напомнил озабоченно воевода. – Да и где нам взять столько воинов?
– Значит, такие укрепления при подходе франков придется покинуть, а о воинах буду послезавтра говорить с жупанами. Надо только определиться, сколько человек нам понадобится.
Гудислав очень сомневался, что князю удастся заставить жупанов выделить людей, но все же начал перечислять крепости, где, по его мнению, не хватало воинов. А вечером к ним присоединился столичный посадник Малобуд, который, узнав о предстоящей войне, пришел просить хотя бы сотню воинов для обороны города.
Кроме круглой крепости, только центральная часть города была обнесена деревянной стеной: считалось, что окружавшее Ратибор с трех сторон озеро и так защищает город. Но большая его часть, не имевшая укреплений, была уязвима для атак с противоположных берегов.
– Набирай свою сотню из горожан, – посоветовал Гудислав. – А пятидесятников и десятников я им подберу.
– Ну какие из ремесленников воины? – посетовал Малобуд.
– Ладно, уже поздно, – заметил полабский князь, зевая. – Давайте продолжим завтра, у нас есть еще день, чтобы определиться с количеством людей.
Как и предвидел воевода, полабские жупаны вначале отказались выделять князю людей, ссылаясь на уборочную страду и оборону собственных поселений. Но когда Радмир предложил им всем укрыться в крепостях и городах, согласились, понимая, что отбиться от франков по отдельности все равно не получится.
– Только что мы будем есть зимой?.. – то ли спросил, то ли подумал вслух кто-то из жупанов.
– Обещаю, голода не допущу! В крайнем случае обращусь к Мстивою и уверен, дядя не откажется помочь.
Глава восьмая
По пути домой Рюрик заехал в Трузо – главный торговый городок эстиев, в землях которых его дядя был наместником Мстивоя. Встретившись с Дихоном, он рассказал об итогах поездки и набираемой в Холмгарде тысяче воинов, упомянув о разговоре с двоюродным братом Светослава Кудрей.
–…Договорились, что за разрешение только ему добывать соль в землях словен купец заплатит пятьсот гривен: половину сразу, а остальное, когда к нему перейдут солеварни. Что ты об этом думаешь?
– Полагаю, тебе надо установить срок договора и оценить недовольство, которое он вызовет. Ведь ты кого-то лишишь доходов. А вообще считаю условия приемлемыми, особенно сейчас, когда ничего не ясно.
– Я хотел ограничить договор десятью годами, но Кудря настаивает на двадцати. Поэтому я пока не стал брать денег, без чего наше соглашение – всего лишь предварительные договоренности.
Племянник также заявил, что этим летом он решил рассчитывать только на собственные средства и ограничиться нанятыми в Холмгарде варягами и теми, кого Синеус и Трувор наберут среди эстиев и куршей.
– Полутора тысяч воинов будет мало для захвата словенских земель, не говоря уж о кривичских, – усомнился Дихон.