Сказано это было не ради красного словца: поляки не мыслили себе свободы и счастья без победы над германским фашизмом, и ее, эту победу, одержали советские воины. Мне очень понятно поэтому название одной из польских медалей, которой я был удостоен после войны, — «Победа и свобода».
В сентябре 1967 года Центральное телевидение СССР организовало встречу членов экипажа Андреева. Незабываемой и трогательной была эта встреча! Герои вспомнили памятные события военного лихолетья, поговорили о своих несбывшихся планах, перечеркнутых войной.
Анатолия Андреева с детства манила нехоженая сибирская тайга: он мечтал стать геологом. Начало Великой Отечественной застало его, выпускника средней школы, в городе Ульяновске, и уже через два месяца Анатолий поступил в Ульяновское танковое училище имени В. И. Ленина.
Бывший шофер, находившийся на действительной военной службе на западной границе, Алексей Пасько войну встретил в первые же ее минуты.
Дважды отказывали в призыве в армию семнадцатилетнему Борису Кулемину, и все же в сорок втором году после краткосрочной военной подготовки он попал в действующую армию.
Семнадцатилетним юношей ушел защищать Родину пермяк Иван Лядов, павший в бою в неполные девятнадцать…
Идут годы. В городе Орске Оренбургской области, в парке имени Малишевского, рядом с братской могилой героев гражданской войны, защищавших город, похоронен безвременно скончавшийся Анатолий Михайлович Андреев. По словам Зои Ивановны, его вдовы, он все послевоенные годы своей жизни стремился побывать в родном сибирском селе, встретиться с друзьями детства. Однако работа на Южуралмашзаводе, учеба в вечернем техникуме, активное участие в военно-патриотическом воспитании молодежи и тяжелая болезнь помешали ему осуществить задуманное.
Давно не встречались мы с проживающим в городе Орджоникидзе Днепропетровской области Борисом Николаевичем Кулеминым. Знаю: жалуется он на свое здоровье…
Ветераны полка и земляки наших однополчан помнят своих героев и отдают должное их подвигу. В Перми, у входа в среднюю школу № 71, высится бюст молодого танкиста Ивана Лядова. Его именем названы пионерская дружина школы и улица, на которой находится отчий дом Героя.
Именем лейтенанта Андреева названа одна из улиц города Орска. На могиле Анатолия Михайловича к 40-летию Победы установлен памятник. О подвиге его экипажа не раз писалось в нашей печати.
Помнят андреевцев и в Польской Народной Республике.
Продолжу, однако, рассказ о боевых делах моих однополчан.
К утру 24 января полк в составе трех рот вышел к Одеру, где занял оборону северо-восточнее города Гернштадта с целью прикрытия участка форсирования реки главными силами корпуса. В броске к Одеру особенно отличился старший лейтенант Борис Захаров, рота которого следовала в головной походной заставе.
Вот выписка из наградного материала, составленного командиром полка:
«…Умело командовал взводом в боях 13—24.01.45 г. В трудных условиях стремительного преследования противника не терял управления вверенным ему подразделением. Его экипаж уничтожил два танка, орудие, бронетранспортер, 9 пулеметов и до 45 гитлеровцев.
Будучи раненным, не оставил поля боя. Успешно заменил вышедшего из строя командира роты, проявил распорядительность, настойчивость в выполнении поставленной задачи, умение правильно и своевременно принимать решения…»
Я хорошо знал Бориса Захарова: на Украине и в Латвии он был командиром нашего взвода. Грамотный в тактическом отношении, исполнительный и не любивший действовать на авось, он пользовался в полку заслуженным авторитетом.
Наша сводная колонна, возглавляемая капитаном Василием Быковым, пришла к Одеру несколько позже, к 27 января. В ходе марша нам пришлось еще не раз встречаться с отходившим противником, но благодаря энергичным и толковым действиям Быкова по управлению колонной, то и дело вступавшей в жаркие схватки с врагом, в указанный район мы прибыли вовремя.
Буквально сразу же после нашего прибытия в полк осколком снаряда был тяжело ранен Александр Швырченков. Расставаясь, мы с ним очень хотели вновь встретиться в родном полку. Хотели, но надежды, по сути, не было… Невольно вспомнил я в тот момент слова бывшего нашего наставника, начальника Ульяновского танкового училища генерала В. Н. Кашубы. В самое тяжелое для Родины время он горячо верил в грядущую победу над врагом и призывал нас потрясти стены Берлина. И мы потрясли их, только вот Александру Арсентьевичу Швырченкову дойти до Берлина, к сожалению, не удалось…
