— Я хочу, чтобы ты была возле меня постоянно. Я имею ввиду каждую минуту. Это мы тоже обсуждали, — чеканит холодным голосом Тео.
Он заходит в просторную кабину лифта, но не отпускает мою руку, словно я могу испариться каждую секунду.
— Но у меня нет с собой никаких вещей.
— Милана привезет.
— Мне нужно передать деньги брату.
— Я скину на карту.
Воздух между нами электризуется. Я чувствую, как мои жалкие попытки увернуться раздражают Тео.
Он напряжен и, похоже, сдерживает гнев под тонким слоем напускного спокойствия. Сама же я испытываю легкую панику.
Сейчас он закроет меня в квартире, и заставит делать неизвестно что. А ведь мы так хорошо общались в ресторане, тепло и доверительно. Да что с ним случилось, почему он замкнулся и включил бесчувственного командира?
Мысленно прокручиваю наш разговор за столиком, пока лифт беззвучно взлетает на какой-то поднебесный этаж. На площадке всего две двери. Тео открывает бронированную дверь и подталкивает меня в темноту.
— Вот мы и дома, дорогая, — насмешливо говорит Теодор, отключает сигнализацию и щелкает кнопками.
Меня на миг ослепляет огромное пространство квартиры-студии.
Светлая мебель, высокие потолки, окна во всю стену, сейчас закрытые белыми панелями. На кухне блестит хромом дорогая техника. А это что? Похоже, лестница на второй этаж.
На несколько минут все мысли вылетают из моей головы. Я с интересом рассматриваю шикарную квартиру. Она почти стерильно чистая, только небольшой слой пыли говорит от том, что тут никто не жил последнее время.
Широкий диван причудливой формы, проектор, несколько стеллажей с баночками и бутылочками разных размеров и форм.
Теодор пристально наблюдает за моей реакцией, а потом нажимает какую-то кнопку. Завесы на окнах плавно ползут вверх.
Весь город словно на ладони. Подхожу к стеклу и с минуту разглядываю головокружительный вид. Где-то там, почти на окраине, в пыльном районе затерялась моя квартирка.
Надо позвонить маме, предупредить, чтоб не ждала. Я вытаскиваю из сумки телефон.
— Кому звонишь? — Тодор разгружает пакеты на кухонный стол.
— Маме, чтоб не волновалась.
— Включи громкую связь, — его тон не подразумевает возражений. — Это проблема? — уточняет, замечая мою растерянность.
— Нет, просто… не думаю, что тебе будет интересно.
— Я сам буду решать, что мне интересно, — сверкают холодной зеленью глаза.
Да что не так с этим парнем? Подозрителен как Отелло.
Кручу телефон в руках, но откладывать звонок нет смысла. Да и скрывать мне нечего, хотя Дездемону это не спасло.
Ну ладно, лучшее лекарство от недоверия — откровенность. Поэтому я подхожу к Теодору, кладу телефон на стол и включаю динамик.
Мама берет трубку почти сразу:
— Алло, Олюшка! Ну как дела на работе?
— Привет, ма. Если в двух словах, все хорошо.
— Ты когда домой? Я блинчики пеку. Приходи, пока не остыли, — узнаю прежнюю жизнерадостную маму и тоже невольно улыбаюсь.
— Знаешь, я сегодня тут останусь, — наблюдаю как Теодор внимательно вслушивается в мамин голос и кухонный шум. — Ребенок попался трудный, надо за ним присмотреть, — Теодор насмешливо поднимает брови.
А я радуюсь, что мама больше не задает вопросов. В прошлом месяце я две недели работала няней, и несколько раз оставалась с ночевкой. Не люблю врать, особенно близким людям. Но я на сто процентов уверена, что Теодор был еще тем маленьким бесенком. Так что, по сути, я сказала правду.
— Тебя там хоть кормят, Оль? Ты у меня совсем исхудала, — переключается мама на вечную тему.
В ответ я вытаскиваю кусочек перца из контейнера и с хрустом откусываю.
— Да, как раз ужинаю, ма.
— Ой, ну тогда не отвлекаю. Ты завтра утром приедешь?
Перевожу взгляд на Теодора. Он отрицательно качает головой.
— Нет? — чуть не давлюсь от этой мысли.
— А когда, Олюшка? — допытывается мама.
— Я еще не знаю, — голова начинает кружится от перспективы постоянного присутствия Тео в моей жизни. — Я перезвоню завтра, хорошего вечера.
Сбрасываю звонок и без сил съезжаю на стул. Стильная квартира в одно мгновение превращается в золотую клетку и уже не кажется мне такой красивой.
Теодор, как ни в чем не бывало, достает приборы и раскладывает по тарелкам ужин. Чувствую, что аппетит совсем пропал. Но мне надо набраться сил.
Держись, Оля! Впереди целая ночь в компании очаровательного тирана.
Оля
Мы сидим напротив друг друга. Теодор изящно орудует серебряным ножом, разрезая стейк, а я изучаю морскую фауну: из листьев салата торчат малюсенькие осьминоги и огромные креветки.
— Что расскажешь о себе? — говорит небрежно, но его глаза цепко следят за каждым моим вдохом. — Давай начнем с работы. Как тебе понравилось в семье Климовых? У них очень большой дом. Тяжело убирать такую махину?
— Я не работала у Климовых, — качаю головой.
— Я знаю, я их выдумал.
— Ты?..
— Позвонил в агентство. Тебя нет в их базе. Все рекомендации липовые, а ты даже не потрудилась выучить свою анкету, — Теодор говорит спокойно, поигрывая блестящим ножом. Но я чувствую его гнев почти осязаемо. — Что ты скажешь на это?
