Почему-то вспомнил о Райтнере. Любопытно, скольких менеджеров кредитного отдела он смог бы назвать по имени? А на вопрос, сколько в банке операционисток, с какой попытки ответил бы правильно? Мою задумчивость Володя истолковал пресыщенностью новой информацией, поэтому сказал, что «на сегодня, пожалуй, хватит».
После вернулись в кабинет Тарасова. Володя погрузился в текущие вопросы. Я же записал в рабочую тетрадь вопросы, на которые потом буду искать ответы. Например, почему избыточное тепло сбрасывается в градирнях, а не направляется на отопление хотя бы ближайшего района города. Или, почему сырье из одного цеха в другой перевозят на погрузчике, хотя можно было поставить транспортер. Это старая привычка ещё со времен студенческой практики. Случалось, несколько раз в жизни извлекал пользу, хотя в подавляющем большинстве дальше записи вопрос дело не продвигалось. Покончив с этим, взялся за просмотр различных обзоров, пачкой лежавших на журнальном столике в углу кабинета.
– Слушай, – Тарасов оторвался от своего монитора и внезапно обратился ко мне, – всё хочу тебя спросить, где ты этого старика нашел.
Конечно же, Володя был в курсе и проверки службы безопасности, и моего разговора в парке с Кармазиным. Что я мог ответить? «Честность – лучшая политика».
– Где, где? В парке! Сидел себе в обеденный перерыв, хомячил свой хот-дог, а старик подсел ко мне на лавочку. – Улыбнулся, всем своим видом показывая, что правды от меня он не услышит. – Слово, за слово, так и познакомились. – Усмехнулся.
Но Тарасов остался серьёзен.
– А как его из Германии к нам занесло?
– Из Австрии. – Убрал улыбку со своего лица. Расспрос нужно было прекратить. – Вов, больше я тебе про старика ничего не скажу. Это не моя тайна.
– Ладно, – невозмутимо согласился Тарасов, – а свадьба у тебя когда? – Резко изменил тему. – Пригласишь?
Замешкался на мгновение. Объяснять ускоренную регистрацию необходимостью усыновления Иржи не входило в мои планы. А на пирушку через неделю-другую чету Тарасовых не пригласишь – не их уровень.
Но тут в кабинет постучали, и вошла Бойко.
На этот раз на ней был деловой костюм с юбкой карандаш нежного кремового цвета и туфли в цвет костюма на высоком каблуке. Никаких украшений, кроме коллекционных часов. На лице, как всегда, блуждающая улыбка.
– Хорошо, что вы оба тут!
Мне показалось, что Тарасов внутренне напрягся. Что-то недоброе промелькнуло в его взгляде. Похоже, на командную работу с ними рассчитывать не приходится. И тут же следующая мысль буквально поразила меня. Чьи поручения для меня, как советника директора, должны быть в приоритете: зятя директора, который, очевидно, говорит от его имени, или финансового директора, которая придерживается согласованной с директором политики? И, что существенно важнее, как поступать, если их поручения будут хоть в малой степени противоречить друг другу. Да, уж. В банке было проще. Там меня под свою опеку сразу взяла Татьяна. Здесь вхождение в ближний круг и статус неприкасаемого нужно будет заслужить. Вопрос: у кого?
– Что-то вы, ребятки, какие-то заторможенные. – Ольга Николаевна, не дожидаясь приглашения, прошла и села за стол для посетителей, жестом руки приглашая меня занять место напротив.
– Володя провел для меня экскурсию по заводу. – Слегка оправдывающимся тоном начал я, садясь за стол. – Вот, перевариваю …
– Только что закончились переговоры с банком. – Прервав мой лепет, перешла сразу к делу Бойко. – Разругались вдрызг!
Повисла тишина.
– Виктор Анатольевич настоял на том, чтобы убрать банк из акционеров СП с немцами, – хлопнула по столу, – теперь только мы и они. Пятьдесят на пятьдесят! – Дальше Ольга Николаевна продолжила без эмоций. – Разработку инвестпрограммы оплатить, конечно, придется. Но саму программу выбросим в мусорное ведро. Кто будет разрабатывать новую, пока ясности нет.
Вторая задача, – Ольга Николаевна сделала паузу, – перейти на обслуживание в другой банк. Переходный период не определен, но затягивать нельзя.
Тарасов встрепенулся. Для него эта новость, как гром среди ясного неба. Допсоглашения к договорам с заменой реквизитов – мелочь, о которой и упоминать не стоит. Но, что делать с аккредитивными, факторинговыми и прочими документарными операциями, завязанными на этот банк. Как отреагируют партнёры. Сколько ещё подводных камней обнажится в процессе.
– Вопрос сложный, понимаю. – Бойко встала со своего стула. – Прямо с понедельника приступим к его решению. А сегодня вечером – банкет, по случаю подписания договора. Отпразднуем! – Она улыбнулась. И уже перед дверью, повернувшись ко мне. – Крюков, наверное, свадьбу планируешь? Путешествие? – Выдох сожаления. – Придется планы подкорректировать. До нового года никаких отпусков! Работы – выше крыши.
Ольга Николаевна ушла. А мы ещё пару минут хранили молчание. Потом Тарасов молча встал и вышел из кабинета.
– Да уж, попал ты! – Сказал я сам себе вслух.
«Давайте будем лучше!»
Ну, давайте…
Не засоряя воздух лишними словами,
Примером личным нас, ленивых, вдохновляйте.
А мы немного погодя последуем за вами.
