Допиваю свой чай – он, конечно, уже остыл, но немного в горле першит. Да и нужно себя как-то занять. У меня кухня просторная, но Лука съедает слишком много пространства, и она кажется маленькой, тесной. Мы даже пару раз случайно сталкиваемся локтями, когда он оборачивается.
– Может, сначала завтрак?
– Да я уже, в принципе, все! – объявляю с готовностью и принимаюсь мыть чашку.
– А слойки остались или ты Студенту все отдала?
– Оставила одну. Подумала, может, захочется вечером. Хотя надо было все же отдать, – вздохнув, признаюсь я. – Ну все, я готова!
Он с усмешкой кивает.
Ну что его так веселит? Мой энтузиазм? Так и ладно, и правильно. Пусть начальство видит, как потенциальный сотрудник хочет работать! Может, это перекроет тот факт, что этот сотрудник ничего не умеет.
На улице солнце такое яркое, что слепит глаза. Достаю из сумочки темные очки и вопросительно смотрю на Луку.
– Показывай дорогу!
– Легко!
Он подходит к черному джипу, который стоит у парадного, щелкает брелоком и открывает пассажирскую дверь.
Надо признать, что эта машина ему очень идет. Он массивный и брутальный. Джип в этом не уступает. Если и можно представить его за рулем, то именно джипа.
– Решил сменить байк?
В это как-то не верится, и правильно. Потому что Лука тут же опровергает это предположение.
– Временное решение.
И хотя при этом он с той же усмешкой смотрит на меня, сомневаюсь, что дело во мне. Может, просто байк поломался?
В салоне уютно. И хорошо, что не пахнет никакими ароматизаторами. Только запах кожи и какие-то едва уловимые древесные ноты, которые разбавляются, когда Лука садится на место водителя.
Охо-хо… похоже, плохи мои дела.
Заметив на себе взгляд Луки, решаю признаться тут же и сразу, чтобы зря не тратили время.
– Знаешь, я тут подумала… Может, нет смысла нам ехать? Если я так остро чувствую едва различимые запахи, я могу не выдержать насыщенного аромата чая.
– Давай попробуем? – предлагает он. – Мне кажется, с этим проблем не возникнет.
– Ты просто пытаешься меня успокоить.
– Нет. Я рассчитываю, что на эти запахи у тебя будет иммунитет.
И вот ничего же такого не сказал, а щекам становится жарко. Наверное, дело в солнце, и, когда машина трогается с места, я сажусь поудобней и отворачиваюсь от окна. Лука бросает взгляд в мою сторону и кивает, заметив, что я пристегнулась.
– Ты хорошо водишь?
– Посмотришь.
Ну я и смотрю. А так как я развернута в его сторону, то на него и смотрю. Он ведет уверенно и легко. Не пытается делать опасную «шахматку», обогнать, не сигналит без толку, чем частенько грешат таксисты. И тем не менее его вождение отличается от того, как водит Ирина.
Оно более жесткое, что ли.
На нем футболка, и мой взгляд задерживается на часах у него на запястье. Потом перебирается на татуировку, которая поднимается вверх. Черного цвета, причудливые узоры и переплетения линий.
– А у тебя тоже есть кличка? – выпаливаю я неожиданно даже для себя самой.
– Есть.
– А какая?
– Паук.
Нет, почему Егор – Студент, тут понятно. Может, когда-то повысят и до Профессора. А тут…
Мой взгляд вновь переползает к татуировке – может быть, дело в ней? Нет, тут нужно долго рассматривать, а Лука и так уже косится в мою сторону. Пораженчески вздохнув, я все-таки спрашиваю:
– Почему Паук?
– Догадайся.
И снова эта усмешка! Нет, я рада, что у него хорошее настроение. Начальник доволен – подчиненный тем более. Но как я могу догадаться?
Так, татуировка в этом не помогает. А в чем же причина? У него ничего общего с пауком. Придирчиво рассматриваю бороду. И тут же отметаю эту версию: байкеры там через одного мохнатые, но клички-то у них совершенно другие! Фигура? В порядке фигура. И широкие плечи, которые обтягивает футболка, и торс, и рельефный пресс, и…
Салон авто наполняется сдавленным смехом и комментарием:
– Холодно.
Я тут же поднимаю взгляд вверх. Может, кому-то и холодно, а я бы так не сказала. Жарковато сегодня, да.
– Сдаюсь!
Но Лука качает головой.
– Я в тебя верю. Во времени я тебя не ограничиваю, так что можешь подумать.
– Надеюсь, ты знаешь, что такое бесконечность, – кошусь на него, – и она тебя не пугает.
Он вновь усмехается. Ну и правда, ему-то чего бояться, если от любопытства мучаюсь я?
И тут меня осеняет!
Достав телефон, бросаю взгляд на Луку: занят дорогой. А я быстро печатаю сообщение:
"Есть шанс расплатиться за слоечки".
"Я всегда за справедливость! – пишет Студент. – Слоечки обалденные. Запиши их на счет моего любимого брата".
Вот же... жук!
"Не нужно таких финансовых жертв, – пишу я. – Просто скажи, почему Луку называют Пауком?"
Я вижу, как он набирает ответ.
Останавливается.
А потом на экране высвечивается:
"Я бы тебе рассказал в деталях, но тебе уже не поможет".
"Почему это?!"
"А-а, еще трепыхаешься? Ну, давай, давай, покажи свой характер. Порви его паутину".
"А паутина-то где? – бросаю взгляд на Луку. – Пока я вижу только один вариант – как в сказке про Старика Хоттабыча, выдернуть из его бороды три волоска".
Сообщение от Егора состоит из одних ржущих смайликов.
А потом, наверное, когда он уже отсмеялся, печатает:
"Я бы даже слоечки бросил и приехал на это взглянуть".
