Женщины пристально смотрят друг другу в глаза. На секунду пугаюсь, что мне придется разнимать их.
Но Эрин лишь вздергивает бровь, говоря:
– И тебя, Белла, я тоже должна предупредить.
Черт. Несколько встревоженный, я задаюсь вопросом, как долго она еще будет дразнить Молли и сколько времени той понадобится, чтобы отшвырнуть Гарри со своего пути и вцепиться Эрин в волосы.
– О чем же? – спрашивает Белла.
– Да вот об этом парне. – Эрин хлопает меня по плечу. – Дрейк наша местная версия «Холостяка», за исключением того, что он никогда не позволяет нам как следует повеселиться. Каждая женщина моложе шестидесяти в этом городе преследовала его годами, и ни одна не добралась даже до первой базы[22].
Гарри скрывает смех за приступом кашля. Его змеюка-жена сопит, надув губы и уставившись в собственный стакан.
Я удивлен такой грубоватой лестью Эрин.
– Ты преувеличиваешь, Эрин. Я занятой человек. Нет времени на серьезные отношения.
– Нет времени на то, чтобы найти подходящую девчонку, ты имеешь в виду, – отвечает она, подмигивая.
– О, это правда?
Белла кладет подбородок мне на плечо и смотрит сверкающими глазами.
Организм реагирует на нее быстрее мозгов. Даже когда я пытаюсь отвести взгляд, она стоит перед глазами, а ее упругая грудь слишком плотно прижимается к моей руке.
Не думать о ней невозможно.
Поджимаю пальцы ног в ботинках, чтобы снять напряжение. Я душу готов продать за возможность принять холодный душ прямо сейчас.
– Эрин любит подкалывать, – говорю, глядя в большие зеленые глаза Беллы. – Я должен был знать, что получу порцию ее шпилек в качестве гарнира к бургеру.
– А то! – Официантка усмехается и подмигивает, на этот раз Белле. – Ну надо же мне как-то развлекаться?
Белла улыбается и встряхивает головой, отчего копна ее волос обрушивается водопадом на мое плечо, а напряжение в штанах становится просто невыносимым.
– Могу я попросить тебя об одолжении, Эрин? – застенчиво спрашивает девушка, ожидая, пока официантка наклонится к ней. – Не могла бы ты поговорить с народом и предупредить всех, что я один в один как мой дед – держу всех на мушке. Нет, без шуток. Я должна быть уверена, что местные смутьяны знают, с кем имеют дело, и я имею в виду худших, чем
Офигеть! Приплыли. Последнее, что мне сейчас нужно, вспыхнувший как наяву образ этой дерзкой девчонки – вооруженной и смертельно опасной. И если у меня окончательно сорвет крышу от желания ворваться в ее тело, облаченное лишь в ковбойские сапоги и кобуру, черт, так тому и быть!
Смешок Эрин эхом отражается от пластиковых стен.
– Ох, детка, ты всегда была моей любимицей. С возвращением.
Молли громко прочищает горло, стирая с лица унылое выражение.
– Для меня принесите домашний салат с заправкой из уксуса и лимон для воды. Для Гарри то же самое.
Белла тихо хихикает, поднимает подбородок с моего плеча и поворачивается к столу.
– Сию минуту!
Эрин бросает взгляд на Гарри Рида поверх огромного блокнота, качая головой. Затем она наконец уходит, почему-то подмигивая мне.
Напряжение за столом можно резать ножом и намазывать на хлеб.
– И сколько же вы прожили в доме Джона? – спрашивает Молли. Это первый раз, когда она обращается ко мне как к человеку, а не предмету. Почти. Черт, она выпустила когти и готова вонзить в меня.
Я готов ко всему, лишь бы она оставила в покое Беллу. Нарочито медленно выпускаю ладошку девушки и кладу руку поверх стойки кабинки за ее плечами.
– Джон спас меня во время снежного урагана четыре года назад. Мы поболтали, и он сказал, что ему нужен парень. Так что я остался.
– Парень? – Слишком тонкая бровь Молли в изумлении приподнимается. – В каком смысле «парень», скажите на милость?
Медленно сжимаю челюсти. И в этот момент под столом происходит что-то совершенно немыслимое: Белла кладет маленькую ладошку на мое бедро.
Меня будто ошпаривает кипятком, боюсь, что на джинсах останутся следы от ожогов. Черт возьми, она слишком хороша в этой игре. Девушка заводит, хотя я даже помыслить не мог, что такое вообще возможно. С каких пор легкая, как прикосновение перышка, мимолетная женская ласка оставляет такой пылающий след?
С тех пор, как Аннабель Рид вошла в мою жизнь.
– Ну так что? – снова спрашивает Молли, ее голосом можно заморозить воду в стаканах.
– Ах, Молли, разве это сейчас имеет значение? – вдруг вмешивается Гарри. – Папа был слишком стар и горд. Он, вероятно, нуждался в том, чтобы этот парень присматривал за ним, и не хотел, чтобы кто-то знал. Джон всегда был таким… сплошные секреты…
Гарри замолкает под змеиным взглядом жены и хватает вилку, разглядывая свое отражение в ней.
