– С бражкой? – насторожилась Лада.
– С пивом. К слову, надобно еще до трактира дойти, – озадачился парень, вспомнив, что пиво тут бывает или домашнее, которое хозяева варят сами, кто во что горазд, или трактирное. Которое и вправду напоминает знакомый ему напиток.
– Так я сбегаю, – тут же оживилась девочка.
– Сам схожу, – отмахнулся Беломир. – Не след девчонке по трактирам шастать.
В то, что ее кто-то решится обидеть, парень не верил. Вся станица знала историю ее появления на подворье у него. И то, что он вооруженному воину голыми руками шею свернул, тоже отлично знали. А про самого Беломира уже начали складывать небылицы, как про великого воина, который умеет гораздо больше, чем говорит. Прихватив котомку, парень проверил наличие в кошеле денег и, прикрыв дверь, отправился в трактир, попутно озадачив Ладу подготовкой к банному ритуалу.
Вот тут девочка была в своей стихии. Будущая хозяйка дома уже отлично умела отличать чистое от грязного и знала, где квартирная хозяйка хранит все нужное. Купив, как и уговаривались, пару жбанов пива, парень вернулся в дом и, прихватив все приготовленное Ладой и ее саму, отправился к Векше. Кузнец уже раскочегарил баню и теперь хлопотал по хозяйству, накрывая на стол. Увидев гостей, Векша расплылся в широкой улыбке и, подхватив Ладу на руки, с ходу вручил ей подарок. Петушка на палочке. К огромному удивлению парня, их тут уже делали. Как именно и из чего, он даже не пытался узнавать, потому как и понятия не имел, из чего делались леденцы в его детстве. Знал только, что основным в этом процессе был сахар.
Зардевшись от радости, девочка с нескрываемым удовольствием сунула леденец в рот, тут же забыв обо всем на свете. Улыбнувшись, Беломир отложил все принесенное на лавку и, оглядевшись, задумался, куда поставить пиво, чтобы не нагрелось на солнце.
– В сени снеси, – подсказал Векша, догадавшись о его затруднении. – Там по левую руку ведро с водой колодезной стоит. Туда и ставь.
– Добре, – кивнул парень, быстро шагая к дому. Дом у кузнеца был ему под стать. С высоченной притолокой и еще более высокими потолками. Сразу становилось понятно, что строил кузнец под себя. Даже двери у него были куда шире обычных. Впрочем, с его ростом и плечами в обычные приходилось протискиваться боком, согнувшись почти пополам. Разобравшись с хранением напитка, Беломир вышел во двор и, присев к столу, спросил, прихватив из миски щепотку квашеной капусты:
– Когда вторым клинком займемся?
– Дай хоть пару деньков, – устало попросил Векша, тетешкая девочку. – Вот родом клянусь, я еще после твоего никак отойти не могу. Слушай, неужто у нас и вправду получилось настоящий булат сделать?
– Сам поверить не могу, друже, – честно признался Беломир. – Я ведь про его ковку только слышал, а сам никогда не делал. Просто запомнил, как его ковать правильно. Ну и получилось, что получилось.
– Да уж, получилось, – радостно покрутил Векша головой.
– Не думаю я, что у нас настоящий булат вышел, – помолчав, добавил парень. – Близко к нему получилось, но не он.
– С чего так думаешь? – тут же подобрался Векша.
– Помню, что для настоящего булата чистая сталь нужна. Особая. А мы шашку лепили из того, что под рукой нашлось. Потому и близко, но не он.
– Не скажи, друже, – подумав, упрямо мотнул кузнец головой. – Те клинки, что ты в переделку пустил, доброй стали были. Да и я железо не абы какое на пруты тянул. Да еще и проковка у нас добрая получилась.
– Вот потому и близко вышло, – кивнул Беломир. – Тут добрая проковка важна. А еще сумели мы нужный жар в горне удержать, чтобы и сталь не пережечь и не перекалить ее сильно.
– Не, закалка уж после пошла, когда ты клинок глиной обмазал, – не унимался кузнец.
Спор этот длился уже не один день. Приятели вспоминали малейшие детали работы, выводя для себя всю канву производственного процесса. Оба отлично понимали, что без продолжения эта история не останется и подобные клинки им еще придется ковать не раз. Как ни крути, а от доброго оружия зависят не только их жизни. Другое дело, что сам процесс этот был долгим и весьма трудоемким. К тому же требовалось много чего, чтобы вот так, за неделю, выковать почти булатный клинок. А если вспомнить, что и железо, и каменный уголь тут привозной, то каждый клинок становился почти золотым. То есть все опять упиралось в деньги.
Но продавать на сторону такое оружие Беломир не хотел. Заработать на этом деле он решил иным способом. Из тех кусков, что остались после изготовления шашки, он решил отковать ножи. Вот их можно было спокойно продавать. Нож, хоть и можно использовать как оружие, но для открытой схватки он не годится. Впрочем, не забывал Беломир и про метательные ножи. Комплект из пяти штук Векша по его рисункам сделал. Но это было скорее исключение из правил.
