Мы поклоняемся ещё одной богине. Её звали Инанна, и она была нашей матерью. Увидев, что её творения делают с некогда прекрасным местом, она в гневе прогнала прочь Эрешкигаль и Нергала, а затем отделила Зифрен и её приспешников от остальных диастрийцев, и забросила их в страшное далёкое место, где они и остались влачить своё существование. Они перестали черпать знания из земли, вскоре зачахли и исчезли из памяти неосквернённых диастрийцев.
Каланея вздохнула и смежила веки, словно утомлённая разговором. Триксель задумчиво глядел на прекрасное лицо девушки, слушая поскрипывание каркаса корабля. Урук. Так они называют этот мир?
Внезапно стол, на котором стояло несколько опустевших тарелок, ощутимо вздрогнул. Дружно звякнули столовые приборы. Триксель встрепенулся, а затем последовал второй удар. Стол опрокинулся, Триксель слетел с края кровати и упал на пол, больно ударившись о ножку табурета. В коридоре хлопнула дверь, и зазвучали тяжёлые шаги. Дверь в комнату приоткрылась, и в проёме показалось туловище одного из матросов.
- Вас, кажется, ищут.
Каланея помогла горбуну подняться на ноги. Тот зло отдёрнулся и только после этого взял себя в руки.
- Спасибо, - и потом обратился к матросу. - И кто же способен соперничать в скорости с вашим судном?!
Матрос пожал плечами.
- Чтобы узнать это, вы должны подняться на палубу.
С помощью Каланеи, чьи руки оказались столь же сильны, сколь и нежны, Триксель поднялся по трапу наверх. И, увидев вокруг неожиданную картину, подумал, что позвавший его матрос как-то уж чересчур спокоен.
- Нас берут на абордаж? - праздно полюбопытствовал он.
"Коготь Асага" окружали три среднего размера галеры. Две сопровождали диастрийское судно, держась неподалёку, а одна застряла тараном в чёрном корпусе. Вёсла на ней были убраны, и лишь два голубых паруса, почти сливавшиеся с небом, походили на мешки, набитые под завязку всяким добром. Они не имели никакого герба, но сами по себе недобрые намерения выдавали в них пиратов.
На боевой платформе бушприта стоял Преломляющий с воздетым жезлом, и это сняло все вопросы у Трикселя. Несомненно, чудотворец знал какое-то Слово Ветра, позволившее разогнать галеру до предела.
Матросы-диастрийцы бросили все дела и, вооружившись серповидными мечами, стояли кругом, защищая горбуна и девушку. На Лурвагале была надета лёгкая кольчуга, блестящая на солнце, светло-рыжие волосы трепетали на слабом ветерке. Он смотрел, как пираты ловко переходят с бушприта галеры на палубу "Когтя Асага" и организованно рассредоточиваются по ней, окружая диастрийцев. На их стороне был несомненный численный перевес. Около сотни моряков были сейчас на взятом на абордаж судне, ещё столько же ожидало чего-то на галере, и, наверняка, немало солдат имелось на двух других пиратских кораблях.
- Почему вы позволили им перебраться на наш корабль? - спросил Триксель у Лурвагаля.
У капитана дёрнулась щека.
- У них есть колдун. Он что-то сделал, и мы все повалились на палубу. Затем галера пошла на таран, и удар не позволил нам подобраться к борту.
Появился и командир абордажной команды - здоровенный бритоголовый мужчина в просторной белой рубахе и чистых штанах, заправленных в высокие чёрные сапоги. На его лице имелись нелепые чёрные усики, а на блестящей лысине темнела какая-то татуировка - её Триксель разглядеть не сумел.
Пират вышел перед своими и чужими матросами и, легко определив, к кому обращаться, кивнул Лурвагалю.
- Я буду краток. Нам интересно, что в ваших трюмах и что за пассажиры у вас на борту. Мы можем разойтись миром, если вы отдадите нам всё, что мы потребуем.
Триксель машинально подумал, что предводителю пиратов не мешало бы знать о традиционном обмене подарками, совершаемом перед тем, как вести дела с диастрийцем. Но тот об обмене не знал, и к тому же смотрел на Лурвагаля весьма вызывающе. Минута прошла в обоюдном молчании, на фоне которого слышался лишь ласковый шум моря и плеск воды о борт.
- Ну, так что? - коротко спросил предводитель пиратов.
Лурвагаль неожиданно размахнулся своими мечами.
Пират отреагировал мгновенно, заблокировав один серповидный клинок своим коротким мечом. Второй клинок рассёк ему правое плечо. Разорванная в том месте рубаха тут же покрылась кровью. Зарычав, пират выхватил из-за пояса кинжал и парировал следующий удар. Ему было невероятно трудно сражаться против превосходящего ростом и длиной рук диастрийца, который орудовал необычными мечами. Очень скоро он метнул зажатый в левой руке кинжал и угодил им в диастрийцу в живот. Лурвагаль со сдавленным стоном отступил назад, посмотрев на то место в кольчеге, от которого отскочил клинок. Предводитель воспользовался моментом и переложил меч в левую руку. Правая повисла безвольной плетью.
- Бей нелюдей! - крикнул он, когда его товарищи шагнули вперёд, намереваясь смести кольцо из матросов "Когтя Асага". - Нед, по сигналу!
Лурвагаль что-то коротко бросил своим подчинённым, и те стальным ураганом набросились на окружавших их врагов.
