Поезд остановился, оркестр грянул в полную силу, толпа зевак собралась у нашего вагона, чтобы увидеть, кому это такой почёт. Когда я появился в дверях, Женя стал истово аплодировать, и толпа подхватила аплодисменты. Женька с криком «Синьор Парнелли! Синьор Парнелли!» протянул мне букет. «Ваши первые впечатления от России?». Я с итальянской непосредственностью потрепал его за щёки, произнёс «Хороший русский парень!» и довольно болезненно ущипнул. Женька, продолжая улыбаться, шепнул «Сочтёмся, гад!», помог мне сойти, подхватил Майю и мы зашагали по перрону. Оркестр продолжал играть, маршируя за нами. И тут я заметил, что это был очень странный оркестр: все музыканты – либо хромые, либо кривые, либо одноглазые. (Как потом выяснилось, бандит Женька обошёл все духовые оркестры города, специально отбирая участников для встречи).
Когда мы вышли с перрона, Терентьев отпустил своих убогих музыкантов и помахал Юре, который стоял в очереди на такси, чтобы ехать к нему, в его огромную квартиру на Васильевском острове. Юра подбежал, обнял меня, обнял Майю, сказал «Такси ждёт, Лидочка уже сервирует, вам приготовлена отдельная комната». Меня удивило, что Женя не отреагировал на его слова, потому что вчера по телефону сообщил мне, что в его квартире для нас тоже приготовлена комната. Майе оба моих друга очень понравились, она весело общалась с ними, а я напряжённо молчал, ожидая каких-нибудь новых поворотов сюжета. И они не заставили себя ждать.
Когда до стоянки такси оставалось метров двадцать, Женя эффектно взмахнул рукой и навстречу нам, задом, подал большой туристический автобус.
– Прошу! – Он указал на распахнутые двери, приглашая нас войти. В салоне, на столике, стояла бутылка коньяка, несколько рюмок, нарезанный лимон и бутерброды с икрой. – Перекусим, потом позавтракаем, у меня.
– Да… Но… – бормотал совершенно растерянный Юра. – Там же Лидуша готовит стол…
– У меня стол накрыт ещё с вечера! – отсёк Женя всякие возражения и мы поехали к нему, в переулок Джамбула.
А дальше начались сложности: каждый требовал, чтобы мы жили у него, и там и там для нас были приготовлены комнаты. Чтобы никого не обидеть, приходилось жить попеременно, то у одного, то у другого. Наши вещи были разбросаны в двух разных концах города – это было очень неудобно, но ведь дружить – это тоже искусство, а, как известно, искусство требует жертв.
Как я уже говорил, по дороге в Ленинград мы заезжали в Москву – я читал худсовету Театра Советской Армии первое действие пьесы, заказанной театром. Тогда и познакомился с молодым режиссёром Леонидом Хейфецом (Который потом много лет был главным режиссёром этого театра). Он сообщил, что тоже будет тридцать первого декабря в Ленинграде: его вместе с женой Тоней пригласил Георгий Александрович Товстоногов на премьеру. Узнав, что мы едем к друзьям встречать Новый год, позавидовал, потому что у него в Ленинграде друзей не было. Я тут же пригласил его встречать с нами. Он очень обрадовался:
– А это удобно?
– Конечно. Это настолько близкие друзья, что я приглашаю, как к себе домой.
Честно говоря, в предпраздничной суматохе я забыл об этом приглашении.
Вспомнил, когда тридцать первого, около одиннадцати вечера, когда мы уже провожали Старый год, Лёня позвонил и спросил, остаётся ли моё приглашение в силе. Я подтвердил и продиктовал ему адрес. И тут у моих хулиганистых друзей возникла идея розыгрыша, которую я, конечно, поддержал. Розыгрыш строился на том, что Хейфец едет в незнакомую компанию, куда его пригласил малознакомый человек. Роли были быстро распределены, выстроена последовательность действий… Использовалась и планировка квартиры, о которой сейчас расскажу.
Из подъезда гости попадали в просторную переднюю, справа – вешалка, слева – три стенных шкафа. Передняя выводила в большой холл, в котором стояла тахта, стол, телевизор. А из холла несколько дверей вели в комнаты, в кухню, в ещё одну переднюю.
Все, не участвующие в розыгрыше, разбежались по комнатам. В холле, на тахте, остались только три самые любопытные дамы, которые поклялись, что не рассмеются.
– Только посмейте – убьём! – пригрозили мы.
Вскоре раздался звонок. Я открыл дверь.
– Здравствуйте, Саша! С Наступающим!.. – весело приветствовали меня Лёня и его жена Тоня. В ответ я, с обречённым выражением лица, произнёс:
– Да, да… Здравствуйте… Заходите, раз пришли…
– Саша, что-то случилось? – обеспокоено спросил Лёня.
– Нет, нет… Пока – ничего… Заходите, раз пришли, – повторил я, закрыл входную дверь на несколько поворотов ключа, потом вынул ключ из дверей и бросил куда-то за шкаф.
Совершенно обескураженная чета Хейфецов собиралась задать мне ещё какие-то вопросы, но в этот момент дверцы двух стенных шкафов распахнулись и оттуда вышли два высоких амбала с сигаретками в зубах – типичные гангстеры.
Они взяли Лёню и Тоню за воротники и негромко, но очень убедительно потребовали:
– Раздевайтесь!
