Во времена закрытых границ и железного занавеса мне всё же удавалось бывать за рубежом, сперва с различными группами, туристическими и деловыми, потом как «индивидуальный турист», а в последние десять лет – в самостоятельных командировках на своей собственной машине. Но начну с первой, на всю жизнь запомнившейся мне, профсоюзной делегации, куда меня угораздило попасть. Это было время, когда только-только проклёвывались культурные контакты с соцстранами. Я получил письмо от председателя Союза польских писателей Ежи Юрандота: в Варшаве вышел первый сборник юмористических рассказов советских писателей, среди них было четыре моих, и он приглашал меня приехать и познакомиться. По его приглашению меня бы тогда не выпустили, поэтому я подал заявление в Союз кинематографистов с просьбой включить меня в состав какой-нибудь туристической группы, едущей в Польшу.
Через пару недель мне позвонили и предложили присоединиться к профсоюзной делегации, которая едет от общества польско-украинской дружбы.
За день до поездки нас всех собрали и познакомили с руководителем группы. Её звали Маня Михайловна. Некрасивая, безвкусно одетая, она носила ядовито-зелёное пальто и пожарно-красную шапочку. При этом, её нижняя челюсть была намного активнее верхней – стремительно бросалась вперёд навстречу собеседнику, оскаливая зубы, что означало приветливую улыбку. На том же сборе были избраны староста, заместитель старосты, парторг, профорг, комсорг и физорг. Все члены группы получили ответственные нагрузки, без «должности» остались только двое: интеллигент и еврей, то есть, я.
