О Лене Македонской я уже упоминал. Когда бывал в Ленинграде, она всегда приглашала меня на обед. Лена была эстрадной актрисой, любила мои рассказы, многие из них читала в концертах. Жила она вместе с тётей, которая, несмотря на свои восемьдесят лет, была ещё красива, женственна, очень следила за собой, регулярно ходила в бассейн и играла в теннис. За обедом она рассказывала мне о своих мужьях и любовниках, которых было большое количество и среди них много известных и знаменитых, показывала дорогие подарки и драгоценности, полученные от них. Была по-детски непосредственна, могла, когда мы втроём сидели за столом, вдруг спросить:
– Сашенька, почему вы не сделаете Леночку своей любовницей – вы ей очень нравитесь!
Она измеряла жизнь не войнами, не землетрясениями, не переездами, а только своими любовными победами.
– Я прожила красавицу-жизнь!
Эту потрясающую фразу я позаимствовал у неё и передал одной из героинь моей повести «Теза с нашего двора».
А теперь расскажу об Илье Рахлине, создателе Ленинградского Мюзик-холла. Мы познакомились, когда он ещё работал в Москве директором и художественным руководителем созданного им Театра Массовых Представлений. Меня тогда сразу поразила его неуёмная, заразительная, ядерная энергия – когда он входил, в комнате сразу становилось жарче и всем присутствующим хотелось немедленно куда-то бежать и что-то делать. Этот человек не знал, что значит усталость: с утра проводил четырёхчасовую репетицию, потом ездил по высоким кабинетам и что-то добывал для театра, затем работал с художником, с композитором, принимал посетителей, требовал, ругался, подписывал… После чего сразу приезжал на стадион, проверял, командовал, расставлял колонны солдат, показывал, откуда должны выезжать грузовики, джипы, конница… Завершив тяжелейшее трёхчасовое представление, ехал к любовнице и проводил с ней ночь. А утром – всё повторялось сначала.
Создавать массовые зрелища – это особый талант, в первую очередь, организаторский: участвуют сотни исполнителей, танцевальные и вокальные ансамбли, солдаты, спортсмены, дети… Если нужно, то и тракторы, и танки. А чтобы привлечь людей на стадион, нужны «звёзды»: популярные певцы и киноартисты – все лауреаты, все народные, все требовательные, капризные, не подчиняющиеся дисциплине… Но Илья умел с ними ладить, находить общий язык и выбираться из любых труднейших ситуаций. Вспоминаю одну смешную историю:
Был такой певец, Тито Ромалио, иностранец, работающий в СССР. Илья пригласил его участвовать в праздничном представлении, посвящённом Октябрьской революции. Туда же был приглашён один из лучших исполнителей роли Ленина, народный артист, известнейший, прославленный и очень большой поклонник Бахуса (Он уже ушёл из жизни, поэтому я не стану называть его фамилию). Это происходило в каком-то областном центре, все актёры жили в одной гостинице, мест не хватало, поэтому Тито Ромалио и этот Народный артист оказались в одном номере. Как-то Ромалио подошёл к Рахлину и взмолился:
– Илья Яковлевич, перьеведите меня в дрюгую комняту: я не могу жить в своём номьере – там храпит пьяный Ленин!
В день представления Ленин опять упился в усмерть и не мог стоять на ногах. А по сценарию, он должен был выехать на броневике под знаменем революции и выкрикивать свои лозунги. Надо было выходить из положения: Илья записал все лозунги на магнитофон, Ленина привязали к знамени, оставив одну руку свободной. Когда он выехал на стадион, зазвучали лозунги, а сам Ильич, притороченный к древку, болтался из стороны в сторону, свободная рука вскидывалась вверх – это делало его выступление особенно темпераментным и зрители восторженно приветствовали вождя.
Но не всегда подобное заканчивалось благополучно. Однажды, самая, самая суперзвезда, то ли Зыкина, то ли Пугачёва, не приехала. А зрителей, в основном, привлекла только она. Стадион был полон, назревал большой скандал. Тогда Илья велел срочно отыскать артистку, похожую на неприехавшую звезду, загримировал её и выпустил на стадион под фонограмму. Зрители аплодировали, песня звучала, артистка шевелила губами в ритме музыки, но вдруг магнитофон отказал, песня оборвалась на полуслове. Псевдозвезда продолжала открывать рот и даже жестикулировать, но… Обман был очевиден, начался свист, вой, рёв… Завершилась эта мистификация разгромной статьёй в центральной газете, Рахлина уволили и он уехал в Ленинград, где очень скоро создал Ленинградский мюзик-холл, который существует по сей день под руководством его сына, тоже режиссёра Льва Рахлина.
