За едой Капи всё думал о представлении, в котором он играет собаку Вот Реми его выводит в кожаном ошейнике, на железной цепочке вместо поводка. Идти надо будет на четвереньках — точнее, бежать. Рот открыт, язык высунут, дышит с придыханием. Ему командуют: «Сидеть!» — и Капи, всё так же, с вываленным языком, садится. Потом командуют: «Лежать!», «Служи!», «Передняя стойка!» Тут вдруг Капи фыркает, поворачивается к Реми спиной и идёт к зрителям. Реми сердится, размахивает плёткой и кричит на Капи. Но Капи как ни в чём не бывало обнюхивает ноги у зрителя, а потом — вот тебе и на! — задирает одну лапу и с удовольствием писает. Конечно, понарошку, не по-настоящему. При этом он по-собачьи повизгивает и сопит. Реми громко ругается: «Ну что за бесстыжая псина! Сколько собаку ни учи, всё равно собакой останется!» А Капи только виляет хвостом — собирается ещё какой-нибудь номер выкинуть. Потом возвращается к Реми и тявкает: «Гав! Гав!» — «Ну, хозяин, скорее за работу!» — «Что такое?! Что значит «скорее за работу»?! — таращит глаза Реми. — Ещё не хватало, чтобы меня собака учила! Куда ж тогда людям деваться?!» Но делать нечего — он лезет в карман… Одет Реми в такой костюм вроде старого голландского камзола с большим круглым гофрированным воротником, чёрный плащ, чёрная треуголка… Ну вот, он вынимает большие карманные часы и спрашивает Капи: «А который час?» Капи лает в ответ: «Гав, гав, гав — три часа», а потом ещё «Гав, гав — двадцать минут». Вообще-то ведь Капи — девочка, так что ничего трудного тут нет. Чтобы зрителям было интересней, Капи должен насколько возможно превратиться именно в пёсика и наоборот не слушаться команд, которые подаёт хозяин, то есть Реми. Например, когда будет угадывать время, вдруг возьмёт и уляжется спать. Как бы Реми ни сердился, как бы ни бранился, всё равно не встанет! Тут Реми рассвирепеет и начнёт хлестать Капи плёткой. То есть, чтобы по-настоящему хлестали плёткой, не хочется, — пусть только делает вид… А Капи эту плётку закусит зубами, отнимет и убежит прятаться среди зрителей. Потом сам снимет с себя ошейник, отцепит хвост и встанет на ноги — то есть превратится в человека. И тут уже Капи, размахивая плёткой и ругаясь, заставит бывшего хозяина, Реми, снять парадную одежду и наденет её на себя. А на Реми наденет ошейник и прицепит ему хвост. Он заскулит и станет бегать туда-сюда. А Капи ему так грозно: «Сидеть!», «Дай лапу!», «Служи!». Но из Реми пёс получился бестолковый, ничего у него не выходит. Здоровый такой, а ничего не может! Но по крайней мере пусть хоть станцует. Давайте, господа, посмотрим, сможет он станцевать под мою песню или нет. Если у него хорошо получится, давайте все поаплодируем! У собаки ведь тоже есть своя собачья гордость, так что, пожалуйста, смотрите представление! Потом Капи и Реми вместе кланяются, Капи делает глубокий вдох и чистым, безукоризненным сопрано выводит псалом: «Глориа ин эксэльсис дэо!»
Реми, покончив с первым бэнто, принялся за второй. Аппетита у него почти не было, и ел он скорее из чувства долга. Чем больше будешь есть, тем скорее окрепнешь, и проклятая хворь пройдёт. Он жевал второй бэнто и думал, что с ними будет дальше. Тревога грызла его в глубине души, как бикфордов шнур, от которого начинается большой фейерверк, тлела одна мысль. Если им и впрямь удастся стать бродячими актёрами и зарабатывать представлениями на жизнь, это будет, конечно, большое везенье. А если не получится, можно податься куда-нибудь на лесопильню, или в мусорщики, или на чёрный рынок наняться на подхват. Да только неизвестно, сколько ещё они смогут так вольготно шляться по стране. Газет они не читают, радио не слушают — ездят себе, убивают время. Это для них время ничего не значит, а для матери дни теперь тянутся ох как долго! Вряд ли она ждёт и ничего не делает. Любая мать на её месте заподозрила бы несчастный случай и заявила бы в полицию. Часто говорят, что, мол, японская полиция медлительна и неповоротлива, но в таких случаях она действует быстро. Расклеят по всей стране фотографии Капи и напишут: если вы заметили «злоумышленника», похитившего эту девочку, просьба немедленно сообщить в ближайший участок. Может, уже развесили повсюду такие плакаты, а по радио каждый день призывают граждан оказать содействие в розыске пропавшей девочки. Правда, выкупа он не требует — может, всё-таки это похищением не сочтут… Каждый год случаются похищения детей, и почти всех похищенных находят убитыми. Недавно как раз такую же двенадцатилетнюю девочку, как Капи, убил убежавший из дома подросток.
