«Ни одна живая душа не знает, где я», – подумала я и сглотнула комок, застрявший в горле.
– Ты боишься, – сделал вывод мужчина.
– Смерти не боятся лишь дураки.
– Тогда повременим, – Берк спрятал пистолет, и от облегчения мое сердце пропустило удар. – Я, пожалуй, выслушаю, куда ты вляпалась.
Я поерзала на сиденье.
– Это связано с моей новой-старой работой, – ответила я, с недоверием проводив взглядом, как мужчина вложил пистолет в кобуру у левого бедра. – Это другая страна, и махинация, на самом деле, длится много лет. На этот раз мне нужно было скупить золотой пакет акций. Придя туда, я принялась за изучение финансовых документов. В общем, я опоздала. С ней уже пару лет велась афера, помимо моей. Эти люди успели разорить компанию. Я начала продажу акций, пустив ложные слухи о взлете цен, но не успела. Главного финансового менеджера компании убили и меня подставили в этом убийстве.
– Имя заказчика?
– Я не выдаю имена своих клиентов, – уверенно ответила я.
– Тогда как ты хочешь, чтобы я тебе помог?
– Оригинальный способ. Я так полагаю, я твоя пленница.
Блокировка дверей отключилась с таким же резким и громким щелчком, как и минуту назад.
– Ты можешь идти, – развел руками Берк.
– Чтобы ты выстрелил мне в спину?
– Я не стану этого делать. Ты сама себя погубишь без моего вмешательства.
– Это я и так знаю, – вздохнула я и взялась за ручку двери.
Я открыла дверь, понимая, что хочу от Берка слишком многого, не предлагая ничего взамен и не рассказывая ничего.
– Кэт.
Я обернулась.
– Фирма называется «Максикрис»?
– Возможно, – ответила я, тщательно скрывая удивление.
– Тогда я рекомендую тебе обратиться с вопросами к своему брату.
– Крис? – притворно удивилась я.
Берк кивнул.
– Есть еще кое-что. Возможно, эти имена и места что-то тебе скажут.
Берк быстро написал что-то в своем блокноте, появившемся из борсетки, и протянул мне лист.
Я посмотрела на листок.
Инна Орлова, Александр Дроуш и пара незнакомых мне адресов.
– Почему?
– Я тоже обиженный бывший акционер.
Берк Акгюл!
Елки-палки!
Он не просто акционер. Он член совета директоров!
А еще, наверняка, он знает, что я не Катрин Монтьер.
Я открыла рот от удивления:
– Ты…
– Иди отсюда, – резко перебил он меня. – Я ничего не видел.
Я улыбнулась и вышла из машины, которая быстро скрылась за поворотом.
Ну и что у нас есть в итоге? Кроме имени Орловой, практически ничего. Пара адресов, по которым, видимо, придется наведаться.
Купив в ближайшем книжном магазине карту города, я отправилась по первому адресу, совершенно не представляя, что я там буду делать.
День заканчивался, но солнце пригревало, хоть и по-зимнему.
Я купила себе шляпку с полями, – не столько для того, чтобы прятаться от лучей небесного светила, сколько для того, чтобы спрятать глаза от встречающихся мне людей. Казалось, у меня на лбу написано, что я собираюсь делать.
Довольно быстро отыскав адрес, – это оказалось небольшое жилое здание, – я поднялась на второй этаж и остановилась перед нужной мне дверью.
Осторожно постучав, я не услышала ответа и замерла, прикидывая дальнейшие действия.
«Как-то все просто», – скользнула в голове непрошеная мысль, и я попыталась открыть дверь, которая, естественно, была заперта.
Не повторяя идиотского опыта с дерганьем ручек закрытых дверей, я вспомнила фильмы о ворах и о том, как запросто они обращаются со шпильками, с легкостью заменяющими почти любой ключ. А этих черненьких гвоздиков в моих волосах было достаточно после посещения салона. Я достала одну и тупо на нее уставилась.
Ну и что дальше?
Как жаль, что в свое время я так и не удосужилась научиться этому нехитрому умению взлома простейших замков. А замок был действительно простейшим, таким, как на моей съемной квартире. За него меня много раз отчитывали знакомые, рассказывая, что его с легкостью можно вынести из дверной коробки одним ударом.
Одним ударом?
К черту размышления о пазах, в которые попадают зубчики ключа.
Я отошла на расстояние удара и со всей силы приложилась ногой о дверь.
Растянувшись со стоном боли в коридоре, я подумала, что это была плохая идея. Сейчас сбегутся соседи, и мне придется объяснять, кто я такая и что здесь делаю.
Но, вопреки опасениям, в коридоре было тихо. Только собака злобно залаяла за одной из дверей.
Я медленно поднялась, чувствуя, как ноет правая нога и часть поясницы, и присмотрелась к двери.
Дерево вокруг замка действительно дало небольшую трещину.
Поняв, что еще несколько усилий, и я войду внутрь, я с сомнением покрутилась, прикидывая, каким плечом будет проще надавить. Травмировать ногу снова не хотелось. Как и не хотелось повторения неприятной боли. Но идти больше мне было некуда, не считая еще одного адреса. Не разворачиваться же вот так, находясь на расстоянии пары шагов от цели.
Прислонившись плечом, я надавила.
Никакого результата.
Вздохнув, я пришла к выводу, что придется еще раз ушибиться.
Отойдя к краю узкого коридора, я снова покрутилась.
Оттолкнувшись, я налетела на дверь, сползя на пол под жалобный треск дерева.
Поднявшись со стоном, я снова окинула взглядом замок.
Еще раз. Или два.
