Но они проезжали с сэром Паломидом неподалеку от замка Веселой Стражи, и как раз когда они ехали мимо, повстречался им один из рыцарей замка, и он узнал сэра Паломида. И когда он увидел, как сэра Паломида везут связанного верхом на дряхлой кобыле, он окликнул сэра Паломида и спросил, отчего его связали и куда везут.
— А, любезный рыцарь и друг, — отвечал сэр Паломид, это я еду навстречу моей смерти за то, что убил одного рыцаря на Турнире в Лонезепе. А если бы я не отъехал от господина моего сэра Тристрама, чего и не должно мне было делать, то теперь бы я твердо знал, что жизнь моя будет спасена. Но прошу вас, сэр рыцарь, передайте мой поклон господину моему сэру Тристраму и госпоже моей королеве Изольде и скажите им, что, если я в чем против них преступил, я прошу их прощения. И еще, заклинаю вас, передайте мой поклон господину моему королю Артуру и всем, кому можно, из дружины Круглого Стола.
Тут заплакал от жалости тот рыцарь, и пустился он в замок Веселой Стражи так быстро, как мог только бежать под ним конь. Приехав же, он спешился поспешно и вошел к сэру Тристраму и поведал ему все, что вы сейчас слышали. И, рассказывая, рыцарь тот плакал как безумный.
Услышал сэр Тристрам о том, как сэр Паломид ехал навстречу своей погибели, опечалился он этим вестям и сказал:
— Как бы ни был я разгневан на него, все же я не допущу, чтобы он умер столь бесславной смертью, ибо он — настоящий, благородный рыцарь.
И вот потребовал сэр Тристрам свои доспехи, вооружившись, сел на коня и, взявши с собою двух оруженосцев, поскакал во весь опор через лес вдогонку за сэром Паломидом — он ехал ближней дорогой в замок Пилон, где сэр Паломид осужден был принять смерть.
А двенадцать рыцарей везли его перед собою, и повстречался им у ручья благородный рыцарь сэр Ланселот, который спешился, привязал к дереву коня и снял шлем, желая напиться ключевой воды. Лишь только увидел он на дороге отряд рыцарей, он снова надел свой шлем и пропустил их мимо; и увидел он сэра Паломида, бесславно связанного и увозимого на казнь.
— А, Иисусе! — сказал сэр Ланселот, — что за беда приключилась с ним, что его вот так везут на позорную смерть? Но клянусь Богом, — сказал сэр Ланселот, — позор мне будет, если я допущу, чтобы столь благородный рыцарь вот так погиб, и не помогу ему. А потому я заступлюсь за него, что бы там ни было, или же сам за него погибну!
И сэр Ланселот сел на коня, схватил в руку копье и поскакал вдогонку за двенадцатью рыцарями, увозившими сэра Паломида.
— Любезные рыцари! — крикнул он. — Куда везете вы этого рыцаря? Мне думается, не пристало ему ехать связанному.
А двенадцать рыцарей все вдруг поворотили коней и так отвечали сэру Ланселоту:
— Сэр рыцарь, послушайтесь нашего совета и не заботьтесь об этом рыцаре, ибо он заслужил смерть и к смерти присужден.
— Это мне жаль слышать, — сказал сэр Ланселот. — Значит, я не смогу выкупить его по-хорошему? Он чересчур благородный рыцарь, чтобы умереть столь бесславной смертью. И потому, любезные рыцари, — сказал сэр Ланселот, — защищайтесь как сможете! Ибо я освобожу этого рыцаря или же сам погибну!
Они навесили копья, а сэр Ланселот уже сокрушил переднего рыцаря — и коня и всадника, — а за ним и еще троих, и всех одним копьем. Но потом копье его сломалось, и тогда сэр Ланселот извлек из ножен свой меч и стал рубить им направо и налево. И в короткий срок не осталось ни одного из тех рыцарей, кого не поверг бы наземь сэр Ланселот, и почти все они были жестоко изранены.
И тогда сэр Ланселот выбрал лучшего коня, развязал сэра Паломида и, подсадив его в седло, поскакал вместе с ним в замок Веселой Стражи.
Едут они и вдруг видят: скачет им навстречу сэр Тристрам. Сэр Ланселот с первого же взгляда его узнал, сэр же Тристрам не узнал сэра Ланселота, ибо на плече у него был золоченый щит. Изготовился сэр Ланселот к поединку с сэром Тристрамом, чтобы сэр Тристрам не догадался, что это он. Но сэр Паломид закричал громким голосом:
— О господин мой! Прошу вас, не вступайте и бой с этим рыцарем, ибо он спас меня от смерти.
Услышал это сэр Тристрам и поспешил им навстречу легкой рысцой. А сэр Паломид сказал:
— Господин мой сэр Тристрам, я в великом долгу Перед вами за вашу доброту, что вы пустились навстречу опасности, дабы меня, недостойного, спасти, — ведь я жестоко вас оскорбил. И все же, — сказал сэр Паломид, — вот перед вами благородный рыцарь, который доблестью и мужеством своим вызволил меня из рук двенадцати рыцарей, всех их поверг наземь и многих поранил жестоко.
— Любезный рыцарь, — обратился сэр Тристрам к сэру Ланселоту, — откуда вы?
— Я странствующий рыцарь, — отвечал сэр Ланселот, — и езжу в поисках славных дел.
— Сэр, как ваше имя? — спросил сэр Тристрам.
— Сэр, этого я вам на сей раз не скажу, — отвечал сэр Ланселот, и еще сказал он сэру Тристраму и сэру Паломиду: — Ну вот, вы встретились друг с другом, и теперь я вас покину.
— Нет, нет, — сказал сэр Тристрам, — прошу вас и заклинаю вашей рыцарской честью поехать вместе со мной ко мне в замок.
