Рей внимательно наблюдает, как он поднимает руку. Аалто смотрит на неё и словно бы сквозь, а его пальцы перебирают невидимые струны.
– Ночью, лёжа без сна, ты представляешь океан.
Она каменеет.
– Прекрати.
– Позже ты находишь остров. Там ты грезишь о лесе.
Реакция Рей основана на чистом инстинкте…
Они зовут его Монах. В тех, кто наделил его этим прозвищем, нет и тени дружеского расположения. Всю свою жизнь он был ничтожен. Даже сейчас – в лесу с шестнадцатью другими детьми – он всё так же безнадёжно отстаёт. Слишком рассеянный, чтобы сражаться, слишком беспокойный, чтобы направить Силу нужным путём, как это делают его товарищи.
Он живёт словно в другом времени и может видеть вещи, недоступные остальным. И он знает: не имеет значения, как сильно он старается или насколько долго пытается погрузиться в медитацию, – все его дороги сходятся в одной точке.
Другие ученики ищут кристаллы, чтобы создать мечи. Мастер Люк лишь даёт ему ещё один голокрон.
– Пока нет, Аалто.
Но он знает – никогда.
Рей захлопывает дверь, вновь разделяя их разумы, и стряхивает морок. Она смотрит на Аалто. Он улыбается – слишком спокойный для человека, память которого только что перевернули вверх дном.
– Да, – чуть слышно говорит рыцарь. – Вот оно.
Рей напрягается, в глубине души осознавая, что он прав. Телепатия и искусство внушения пришли к ней естественно, как дыхание, и она с лёгкостью может заглянуть в чужие воспоминания и узнать то, что ей нужно…
– Это не мой метод, – совладав с собой, произносит девушка. Память о том, как Кайло Рен прочёл её мысли, увидел одинокие ночи, заветные мечты о доме и семье – вещи, которые он не заслуживал знать, которые не мог понять, – ещё слишком свежа.
– Ты боишься, – окинув её взглядом, констатирует Аалто. – Почему?
Рей прячет глаза.
– Это… Просто это…
– Неправильно? – мужчина выпрямляется. Уголок его рта начинает нервно подёргиваться. – Это умение не принадлежит Тёмной Стороне.
Она упрямо вскидывает подбородок.
– Но могло бы.
Бесцветные глаза рыцаря не отрываются от неё.
– Оно так же могло бы принадлежать Свету. Оно могло бы просто быть, – он склоняет голову набок. – Подумай, Рей. Представь, чего ты достигнешь, используя внушение.
Она снова отводит взгляд.
– Попробуй ещё раз, – предлагает Аалто и широко разводит руки, будто приглашая.
Рей не решается. В воздухе эхом разносятся шёпоты, говорящие с ней на незнакомом языке. Она не понимает ни слова, однако чувствует, как что-то меняется, а следом приходит желание попробовать.
Девушка закусывает губу.
– Останови меня, когда… когда нужно.
Аалто кивает. Она выдыхает и зажмуривается.
Он сидит один в пустом зале. Порог переступает долговязый мальчишка с чёрными, коротко остриженными волосами и останавливается у входа, словно ожидает чего-то.
Аалто пытается заговорить, гадая, откуда он явился: из настоящего, будущего, или, быть может, это призрак прошлого?
– Чего тебе нужно?
Незнакомец смотрит на него своими карими глазами.
– Дядя Люк сказал, что ты – прорицатель.
Аалто глядит будто сквозь него. Мальчик подходит ближе, и он видит, как с каждым шагом тот взрослеет – его волосы становятся длиннее и достигают плеч, а неловкое полудетское тело превращается в гармонично-правильное тело мужчины. Он улавливает чёрный отблеск маски и пульсирующее красное зарево меча.
– Что ты видишь в моём будущем?
Аалто лишь поднимает ладошку к лицу. Под пальцами он ощущает холодные грани собственной маски, скрытой глубоким капюшоном плаща, что спадает до самых пят. Монашеское одеяние, думает Аалто.
– Я вижу смерть.
Рей чувствует, как на лбу выступает пот.
– Продолжай, – подсказывает рыцарь.
Она подчиняется.
Невидимые пальцы пробираются под кожу, толкаются всё дальше и дальше, оказываясь в его груди, забивая горло и проникая в мысли. Он не может ни дышать, ни видеть. В этот миг существует лишь боль, которая рвёт кожу и жилы, будто ветошь, пока не обнажаются кости.
– Ты разочаровываешь меня, Аалто Рен, – говорит его новый мастер. Аалто охватывает жгучий стыд.
– Ещё раз, – молит он. – Позвольте мне попробовать снова.
Боль обрушивается на него с новой силой, и Аалто падает на колени, вскинув руки, – словно в бессилии пытаясь ухватиться за ту тропу, которой ему не суждено пройти.
– Здесь, – лицо Аалто искажено гримасой страдания, а ядовитая Сила затапливает всё кругом, как воды в половодье. – Остановись здесь.
Рей открывает глаза, ощущая, как мускулы рук и ног скручивает спазм фантомной боли, прокравшейся из чужих воспоминаний. Всё её тело покрывает пот, губы кривятся, а пальцы дрожат.
– Что это было? – выдавливает она наконец.
– Тренировка, – чуть слышно выдыхает рыцарь. – Тренировка Рен.
Рей передёргивает от отвращения и ужаса. Столько страданий, и ради чего? Её мысли обращаются к Кайло, и сердце отзывается болью.
Следующие слова Аалто тихие, чуть застенчивые:
– Я хочу, чтобы ты забрала эти воспоминания.
Рей мгновенно вскидывает на него глаза.
– Что?
– Хочу, чтобы ты поняла… – Аалто кашляет, мучительно напрягая плечи. – Хочу, чтобы ты поняла одну из причин, почему ты так важна для меня.
Девушка мотает головой.
– Я не могу…
