К слову сказать, в годы правления Мао Цзэдуна в КНР привычным стало такое понятие, как «расстрел». Он представлялся естественным и единственным решением многих проблем. В этом также выразилась сущность учения, которым руководствовались Мао Цзэдун и его последователи.
Можно привести один случай как пример отношения к образованным людям после землетрясения.
Ху Кэши был членом постоянного комитета ВСНП в 1980-х гг. До «культурной революции» он работал в ЦК КСМК. Тогда руководители КСМК были известны под общим именем «Трое Ху и один Ван», то есть Ху Яобан, Ху Цили, Ху Кэши и Ван Чжаохуа. Во время «культурной революции» все они стали «объектами критики». К работе Ху Кэши вернули только в 1974 г. Его назначили руководителем партийной группы в государственном управлении по вопросам землетрясений.
28 июля спустя два часа после удара стихии он приехал в район Таншаня, но оказалось, что он никому не нужен, и никто не привлек его к работе. Конечно, он очень переживал это.
Объяснялось же все просто. В январе 1976 г. на митинге в Академии наук Китая, посвященном критике того, что тогда именовалось «правоуклонистским поветрием пересмотра дел», один из выступавших обрушился на Ху Яобана, Ли Чана и Ху Кэши. После этого на целых полгода Ху Кэши, Ху Яобан и Ли Чан были отстранены от работы. Все это время шли нескончаемые митинги, на которых всех их терзали и критиковали. Ху Кэши был сильно разгневан и решил ничего не говорить. Он полагал, что, когда Китай лишился Чжоу Эньлая, Чжу Дэ, этих двух, по его мнению, великих людей, летом 1976 г. страна приблизилась к краю бездны. И тут стихийное бедствие наложилось на политическое бедствие!
После землетрясения он занимался обычной административной работой: «сидел на телефоне», отправлял информацию и т. п. Все это свидетельствовало о том, что политическая машина, управлявшая тогда Китаем, не нуждалась в специалистах и умелых администраторах, которые занимались проблемой, которая была актуальной и требовала объединения усилий всех знающих людей.
Наконец, можно отметить, что политический механизм, созданный Мао Цзэдуном, ставил свои политические лозунги и установки выше жизни человека, выше обеспечения безопасности собственно китайцев.
Заведующая центром анализа в управлении по землетрясениям Мэй Шижун в свое время училась в СССР, была аспиранткой в Институте физики земли АН СССР. В 1970 г. в одном из своих докладов она называла районы, на которые следовало обратить внимание в связи с вероятностью там землетрясений в ближайшие 10 лет. В том числе писала и о районе Таншаня. [1]
На ее предупреждения, конечно же, не обратили внимания ни Мао Цзэдун, ни его помощники и последователи. Особенно в связи с тем, что речь шла о знании, принесенном в Китай из нашей страны. Мао Цзэдун и его приверженцы отрицали не только знание, не только его носителей, но и любую вероятность того, что в другой стране могло быть что-либо полезное для Китая.
Уход Мао Цзэдуна из жизни был затяжным. Об обстоятельствах последних лет его существования и деятельности дают некоторое представление воспоминания Чжан Юйфэн, пятнадцать лет практически жившей бок о бок с ним.
Кто такая Чжан Юйфэн? Мне довелось переводить обмен репликами между А.Н. Косыгиным и Лю Шаоци в 1965 г.
Тогда, отвечая на вопрос А.Н. Косыгина, Лю Шаоци сказал: «Она (Чжан Юйфэн) помогает ему (Мао Цзэдуну) в быту».
Конечно, воспоминания Чжан Юйфэн окрашены ее личным отношением к Мао Цзэдуну. На них также лежит печать отдела пропаганды ЦК КПК и вообще оценки Мао Цзэдуна руководством КПК в конце 1980-х гг. И тем не менее, а может быть, и в этой связи ее воспоминания заслуживают внимания, так как это один из немногих источников сведений о частной жизни Мао Цзэдуна.
Итак, предлагаю читателям перевод воспоминаний Чжан Юйфэн, написанных ею в 1988 г.
Двенадцать лет тому назад год дракона (1976 г.) принес с собой огромные перемены; тогда все пошло вверх дном.
Чувства людей были в том году необычайно обострены. Особенно когда дело касалось известий о закате таких суперзвезд, как Чжоу Эньлай, Мао Цзэдун. Тут ходили самые разнообразные слухи. Тогда не разрешалось рассказывать о том, что происходило в Чжуннаньхае (бывший императорский дворец, а с 1949 г. резиденция руководителей КПК и КНР в Пекине. —
Сегодня по договоренности с журналом «Янь-Хуан цзысунь» я описываю кое-что из того, что происходило во время болезни председателя Мао Цзэдуна и премьера Чжоу Эньлая. Мне хотелось бы, чтобы люди поняли, какой была реальная ситуация в последние годы их жизни.
