–Яша, почему бы нам не выбрать что-нибудь поприличнее? – спрашивал Норов, отворачиваясь, чтобы не видеть, как крошки еды застревают в бородах мужчин, сидящих поблизости и жующих с открытым ртом.
–Чем вам здесь не нравится? – добродушно удивлялся Яша.– Здесь везде хорошо кормят. Попробуйте вот это, очень вкусно. Я ведь забочусь о вашем кошельке. Не настолько же вы отравлены новорусским снобизмом, чтобы переплачивать за антураж!
–Дело не в антураже, а в правилах приличия, – возражал Норов.– Не понимаю, почему их тут повсюду игнорируют?
–О, это – относительно. В вас, например, за версту видно богатого иностранца. В Израиле, где основная часть населения живет весьма скромно, это не очень прилично. Но вы же не считаете нужным менять свои привычки?
–Я примиряю с ними окружающих чаевыми. За которые, к слову, меня почему-то нигде не благодарят.
–Просто здесь к этому не привыкли. Вы, должно быть, единственный, кто оставляет на чай.
–Тем более! Разве это не повод, чтобы сказать мне «спасибо»?
–Это повод присмотреться к вам с подозрительностью. А вдруг вы что-то задумали и желаете просто отвлечь внимание?
–Ну да, конечно! Тем не менее, их у меня повсюду берут!
–Ожидать благодарности от окружающих – пустое занятие, тем более от евреев. Избранный народ, что вы хотите? Или не ждите, или не давайте.
–Я не могу не отдавать! Это в моей природе!
–Тогда на что вы жалуетесь?
0днажды, когда они сидели в уличном кафе, толстый неряшливый пенсионер с палкой, проходя мимо них, увидел за соседним столом знакомых и вступил с ними в оживленный разговор. Увлекшись, он попятился и уселся прямо на стол Норова и Яши, задев толстым задом в старых джинсах одну из тарелок с закусками. Норов выразительно посмотрел на Яшу, тот с улыбкой тронул старого еврея за рукав. Пенсионер оглянулся на него, затем покосился на стол, на котором покоился его зад, неохотно поднялся и отошел с недовольным видом, не извинившись.
–Господи, Яша, как вы тут живете?! – не выдержал Норов.
–Да это же пустяки! – усмехнулся Яша.– Помните интеллигентскую частушку нашей молодости:
У того полно забот,
Кто сегодняшним живет,
А кто живет эпохою,-
Тому заботы – по х…
Норов хмыкнул.
–Любопытно, друзья моей молодости, уехавшие сюда, сохранили свою элегантность, которая мне в них так нравилась? – вслух произнес Норов.– Или они уже тоже садятся кому-нибудь на стол?
–А вы встретьтесь с ними, да проверьте,– легко предложил Яша.
Норов вдруг подумал о Лизе, и шутливость сразу слетела с него.
–Нет! – покачал он головой.– Нет, этого лучше не делать.
* * *
–Наконец-то! Я уже готова была бежать на твои поиски. Давай я тебе помогу! Устал?
Анна радостно крутилась возле Норова, помогая ему стянуть куртку.
–Как долго тебя не было, я вся извелась! Выходила несколько раз, посмотреть, нет ли твоей машины, – там такой ветрина, я боялась, что тебя унесет от меня! Хочешь чаю?
–Лучше кофе.
–На ночь?!
–Хорошо, пусть будет чай.
Он прошел на кухню и уселся на высокий стул.
–Ну, как у вас все прошло? – спросила она, заваривая чай.
–Не без приключений.
–Что-то случилось? Плохое?
–Скорее, забавное, не волнуйся. Дай только сначала проверю, что у нас с температурой?
–Все в порядке! – заверила она, ставя чайник на стол и садясь рядом.
Он коснулся губами ее лба и щек.
–Похоже, действительно, получше, – кивнул он. – Хорошо.
–Да ты зря вообще из-за этого переживаешь! Я нашла, наконец, свои таблетки от простуды. Знала, что брала их с собой, но забыла, куда засунула.
–Но в аптеку завтра все равно поедем!
–Поедем куда захочешь. Что ты хочешь к чаю? Совсем ничего? Ну, рассказывай же!
Он вкратце поведал ей о приключениях этого вечера, полагая, что ее это позабавит, но она встревожилась.
–А вдруг те французы с собакой заявят в полицию? И у тебя будут неприятности из-за Клотильды?
–Не будет никаких неприятностей, успокойся.
–Тем более, она, оказывается, такая врушка! Я бы ни за что не нашлась в подобной ситуации… А все же, кого вы там спугнули? У тебя на этот счет никаких догадок?
–Догадок нет. Но я знаю, кто это был.
–Знаешь?! Но ты же сказал, что не разглядел!
–Я сказал так Клотильде.
–Ты узнал его?! Скрыл от нее? Кто же это был? Даниэль?!
Она даже встала со стула. Он улыбнулся ее нетерпению.
–Нет, не Даниэль.
–А кто? Ну, скажи, пожалуйста, не томи!
–Ляля. Это была Ляля.
–Ляля?! Вот это – да! Ничего себе! Что же она там делала?
Норов заглянул в ее круглые от изумления глаза, притянул ее к себе.
–Какая ты у меня все-таки маленькая наивная девочка,– проговорил он, целуя ее лицо.
–Девочка? Да я уже тетенька!
–Ты у меня – маленькая, наивная тетенька.
–Послушай, я еще хочу спросить про Лялю…
–Потом, – прошептал он ей на ухо, ведя руками от талии к высоким бедрам.– Про Лялю – потом…
Но потом им было не до Ляли.
* * *