–Да, скорее всего. Но почему? Короче, Даниэль забеспокоился, родители – тоже. Ее телефон не отвечает. Даниэль хотел ехать ее искать, но было уже поздновато, Мелисса устала, и родители Кло уговорили их обоих остаться ночевать, хотя Даниэль рвался домой. Они послали Кло несколько записок с просьбой откликнуться, дать о себе знать… Никакого ответа… Вот, собственно, и вся история…
–Что, вообще никаких известий?
–Абсолютно. Полная тишина.
Он прервался.
–Извини, Поль, я немного нервничаю,– признался он.
Норов и сам начал волноваться.
–Это серьезно,– подтвердил он.
–Что случилось? – прошептала Анна, пугаясь.
–Потом,– поморщился он.
–Сегодня с утра Даниэль уже съездил домой, – вновь заговорил Жан-Франсуа.– У него была надежда, вдруг, Кло все-таки там, просто у нее сломался телефон? Звучит довольно глупо, но в таких случаях всегда хватаешься за соломинку…
–Дома ее не было?
–Нет… И судя по всему, она не возвращалась…
–Плохо.
–К сожалению, это – еще не все плохие новости… Есть еще одно обстоятельство… Но, Поль, я тебя умоляю!… Все это строго между нами!
–Ванюша, да перестань же! Кому я расскажу?
–В общем, когда ее мамаша увидела, какой оборот принимают события, она перепугалась и призналась, что вчера Кло на самом деле к ним не приезжала! Оказывается, она просто попросила прикрыть ее перед Даниэлем. Ей нужно было куда-то съездить. Но куда, она теще не сказала…
Видимо, от расстройства Жан-Франсуа оговорился и назвал по старой привычке мать Клотильды тещей.
–Даниэль уже заявил в полицию?
–Да, но они отказались принимать заявление,– Жан-Франсуа тяжело вздохнул.
–Почему?
–Сказали, должно пройти какое-то время, сейчас еще слишком рано. С их точки зрения, все это – обычная семейная неурядица. Подумаешь, жена не пришла ночевать! Такое случается сплошь и рядом, не надо переживать, пропавшие супруги, как правило, возвращаются, нужно лишь набраться немного терпения. Скорее всего, ее отсутствию есть самое простое объяснение, а если полиция каждый раз будет вмешиваться в подобные недоразумения, то ей придется заниматься только выяснением семейных отношений. Ну, и все в этом роде! Отец Кло позвонил своим высокопоставленным друзьям, те пообещали что-то предпринять, но попросили обождать хотя бы 24 часа…
–Не надо ждать! – вырвалось у Норова. Он уже почти не сомневался, что с Клотильдой произошло что-то страшное.
–Не знаю, как быть, Поль! – в отчаянии произнес Жан-Франсуа.– Я боюсь за нее, не нахожу себе места! Но с другой стороны, подумай о ее семье, о Даниэле. Нельзя раньше времени поднимать большой шум вокруг этой истории. У нас все-таки деревня, людям нечего делать, как только обсуждать соседей. Отец Кло – человек известный. Пойдут всякие сплетни, пересуды… А вдруг это, все-таки, какое-то недоразумение? Знаешь, я не теряю надежды на благополучный исход. Представь, она сегодня вернется, живая и невредимая, а все вокруг начнут шушукаться! И эта сплетня будет ходить за ней всегда!
–Боюсь, она не вернется.
–Поль, я даже думать не хочу об этом! Она была моей женой! У нас дочь!… Даниэль уже обзванивает близких друзей, тех, на кого можно положиться, чтобы самим начать поиски.
–Ты поедешь?
–Да, обязательно. И Лиз тоже, когда закончит с работой.
–Держи меня в курсе, хорошо?
–Да, Поль. Спасибо за участие.
* * *
Как-то Сережа, чуть смущаясь, сообщил Норову и Лане, что хочет познакомить их с девушкой, с которой он уже некоторое время встречается. Они переглянулись; Сережа свои похождения, как правило, предпочитал держать в секрете и девушек своих не демонстрировал. Значит, на сей раз это была не обычная интрижка, а нечто гораздо серьезнее.
Нетерпеливая Лана тут же принялась расспрашивать Сережу, чем занимается его избранница, как она выглядит, сколько ей лет и так далее, но Сережа, по своему обыкновению, отвечал уклончиво. Из его слов выходило, что девушка еще совсем молода, но уже работает, и что ее профессия связана с антиквариатом. Норов заключил, что она искусствовед.
В следующую субботу Сережа явился к ним с красивой, стройной блондинкой лет двадцати двух. Звали ее Татьяна. На ней была длинная дубленка, стоившая в ту пору больших денег, модные джинсы, яркий мохеровый джемпер и мужская норковая шапка на голове. Такие норковые мужские шапки носили преимущественно торгашки, видимо, считая, что высокая цена этого головного убора повышает их статус. Татьяна вообще производила довольно странное впечатление: вещи на ней были дорогие, но на девочку из богатой семьи она не походила, в ней ощущалась простонародность. Ее серые длинные глаза смотрели настороженно.
Лана к их приходу приготовила настоящий обед из нескольких блюд, ни одно из которых, правду сказать, произведением кулинарного мастерства не являлось. Татьяна явно чувствовала себя скованно: ела мало, а говорила еще меньше, тщательно подбирая слова и стараясь выражаться односложно. С первых же фраз стало понятно, что образованием она не блещет.