Я читала и перечитывала эти строки, пока перед глазами все не поплыло. Руби вступилась за меня, а я даже не подозревала. Кто знает, где бы я оказалась, если бы не она, — на земле или под ней.
Руби Доннер спасла мне жизнь, а я ее даже не поблагодарила. Значит, должна хотя бы найти ее убийцу.
— Короче говоря, если Руби и затаила обиду на кого-то в Стоппарде, то не писала об этом. Но это ничего не значит. Может, она не хотела выливать всю эту грязь на дядю. В общем, я мало что выяснила. Только что в аптеке «Лайонс» отлично делают клубничный молочный коктейль.
Мы с мисс Пентикост осторожно шли по тропе через лесополосу, которая отделяла жилище Дока от участка, где расположился цирк.
Во время своего рассказа я внимательно смотрела под ноги. Было уже около полуночи, и лунного света, который проникал сквозь ветки, было недостаточно, чтобы разглядеть корни и кротовые норы, грозящие поглотить мои ботинки на толстой подошве.
Я полностью сменила наряд. Надела мужскую майку, скорее серую, чем белую, и джинсовый комбинезон, износившийся почти до дыр. Немногие вещи, оставшиеся у меня со времен цирка, которые еще были мне впору. Почти впору.
Благодаря миссис Кэмпбелл и ее беспощадной любви к сливочному маслу я прибавила около десяти фунтов. В результате комбинезон постоянно задирался, чего раньше никогда не было, и мне приходилось сдерживаться, чтобы не одергивать его ежеминутно. Тем не менее он казался наиболее подходящей одеждой для поминок.
— Не соглашусь, — сказала мисс П., отодвигая в сторону колючие ветки кустов. — Думаю, то, что отсутствует в ее корреспонденции, говорит нам о многом.
— Ладно, допустим. И о чем же?
— Единственный человек, которому она регулярно писала и чьи открытки хранила, это ее дядя. Мы не нашли писем ни от друзей, ни от других членов семьи. Ее связи со Стоппардом были незначительными. Или, по крайней мере, остались в прошлом.
— Это не значит, что она больше никому не писала, — возразила я. — Может, у кого-нибудь здесь хранится целая пачка писем.
— И у кого же, по-вашему? — спросила мисс П.
— У тайного любовника. У старого друга. Выбирайте сами.
— У того, кто ни разу не написал мисс Доннер в ответ? Или значил для нее так мало, что она выбросила письма этого человека?
Позже я вспомнила фразу, которую иногда произносила мисс П.: «Отсутствие улик — не улика само по себе». Если бы я вспомнила ее вовремя, то непременно процитировала бы и была бы очень довольна собой.
Пока что я позволила мисс П. выбирать путь, а сама погрузилась в размышления. Я вряд ли потеряла бы ее в темноте. Мисс Пентикост почти светилась — в блузке без рукавов с высоким воротом и в свободных льняных брюках. И то и другое было ослепительно-белым.
Она провела в этой одежде целый день в цирке и умудрилась не посадить на нее ни капли грязи. Надень этот костюм на меня, и уже через пять минут все брюки будут в глине, а воротник — в пятнах от кофе.
Пока я обедала с Джо и копалась в открытках, она косила под дурочку: побродила по цирку, глазея на все вокруг, посмотрела шоу и поболтала с персоналом и артистами, которых сумела отловить, не вызывая подозрений.
Обычно это была моя работа — шататься по округе и совать повсюду свой нос, разговаривая о том о сем, а потом выкладывать основное боссу. Но это обычно. А сейчас мы были далеко от офиса, чужаки в незнакомых землях, и на время отложили привычные дела.
Думаю, мисс Пентикост была довольна, что вышла из-за стола и размяла исследовательские мускулы. Как я убеждалась снова и снова, она занималась этим задолго до моего появления и обладала исключительным талантом вытягивать из людей нужные сведения.
Она вернулась на ферму с прогулки по цирку уже после наступления темноты. До поминок оставалось еще несколько часов, мы вдвоем сидели на террасе, и мисс Пентикост рассказывала мне, как провела день.
