– Она не делилась с тобой своими опасениями? Или, может, жаловалась на Диану?
– С какой стати она стала бы это делать?
– Ты с ней спал?
– С Анной?
– Прекрати переспрашивать!
– Ревнуешь?
– Я здесь как следователь, а не как одна из твоих поклонниц или любовниц! – напомнила Лера.
– Ну, тогда так: любовнице я бы, возможно, и ответил, но следователю не обязан, верно? Это моя личная жизнь, и она тебя не касается!
Лера собиралась поспорить, однако в этот момент в дверь поскреблись.
– Кто? – рявкнул Третьяков, и Лера поняла, что под маской спокойствия он прячет гнев и раздражение, которые грозили выплеснуться на того, кто стоял снаружи.
Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова второй ассистентки режиссера Регины – Лера запомнила ее в первый день. Женщина не отличалась привлекательностью, но излучала такую энергию, что от нее можно было заряжать аккумуляторы.
– Кирюша, главный рвет и мечет! – зачем-то понизив голос до шепота, проговорила она. – Иди на сцену, иначе он ее обрушит!
– Анька приехала? – спросил он, поднимаясь.
– Нет еще. Вообще странно: она, конечно, частенько опаздывает, но не на полтора же часа, в самом деле!
– Надо идти, – обращаясь к Лере, сказал Третьяков. – Будут еще вопросы – вызывай повесткой!
– Рада тебя снова видеть! – искренне сказала Алла, когда на экране появилось лицо подруги. – И так скоро!
– Зацени мою оперативность!
– Удалось что-то узнать про Дорофееву?
– Начнем с того, что одиннадцать лет назад данная дама проходила у нас по одному делу…
– Да ты что?!
– Погоди – в качестве свидетеля, а не подозреваемой.
– Что за дело?
– Об убийстве актрисы Евгении Демидовой.
– Я что-то не слышала такого имени…
– Так она наша, местная была, но большая «звезда».
– В самом деле?
– Да, блистала на театральной сцене, вокруг нее вились тучи поклонников… А потом ее убили.
– Убийцу нашли?
– Подозревали ее сына, но ничего не удалось доказать, и дело прикрыли.
– Понятно. А каким же боком Дорофеева…
– Дорофеева являлась страстной поклонницей Демидовой – их там целый сонм роился, настоящий «летучий отряд»!
– Как у Екатерины Медичи?[5]
– Точно! Эти тетки и в самом деле были свитой актрисы. Они в прямом смысле прислуживали ей: убирались в доме, ходили за покупками, носили вещи в химчистку… В общем, делали то, чем обычно занимается прислуга, причем абсолютно бесплатно!
– Как странно!
– И не говори! Никогда не понимала людей, посвящающих жизнь своим кумирам – это дико как-то… С другой стороны, Демидова была настоящей звездой – думаю, одной из последних. В юности мне пару раз посчастливилось видеть ее на сцене – это что-то, поверь! Жаль, что она так закончила свои дни.
– Так, значит, Дорофеева тоже была среди этих ненормальных прислужниц-поклонниц?
– Ага. Когда убили Демидову, она давала свидетельские показания.
– Ее подозревали?
– Да, но у Дорофеевой оказалось железобетонное алиби на момент убийства.
– Скажи-ка, Светик, а как именно убили вашу Демидову?
– Задушили. Но перед этим ее огрели по голове чем-то тяжелым – орудие убийства не нашли, если что.
– Выходит, в принципе, и женщина могла совершить это преступление?
– Теоретически да, хотя удар нанесен с определенной силой. Всех, кто был вхож в дом актрисы, проверили… Хотя, сдается мне, не особо-то коллеги утруждались! Судя по тому, что я прочла, у всех женщин оказалось алиби.
– Дорофеева смогла что-то пояснить по делу?
– Слушай, я не так уж внимательно читала, ведь то давнее дело вряд ли может иметь отношение к вашему нынешнему! Но я смогла заметить, что следствие велось спустя рукава: отсутствует куча сведений, экспертиза проведена тяп-ляп… В общем, если б тогда сработали как надо, может, и раскрытие было бы! Я только знаю, что основным подозреваемым с самого начала стал сын Демидовой, но позже с него сняли подозрения. Других подозреваемых не нашлось.
– Да уж, не слишком-то ваши старались!
– Ну извини!
– А про сына Дорофеевой удалось что-нибудь выяснить?
– Так в том-то и дело, Алусь: нет у нее сына, только две дочери!
– Вот как… Непонятно!
– Так что, думаю, вы даже не пытайтесь его разыскивать: такого человека не существует! Но есть еще одна странность.
– Да? – насторожилась Алла, полагавшая, что разговор окончен.
– Ты просила проверить все, что возможно, и я – ну, это между нами, ведь у меня нет на это права! – посмотрела банковский счет Дорофеевой.
– Неужели нашла у пенсионерки что-то интересное?
– Даже не знаю, насколько это интересно, но два года на ее карту регулярно поступала некая сумма.
– Одна и та же?
– Пятьдесят тысяч рублей ежемесячно.
– С частного счета или какого-то корпоративного?
– С анонимного.
– А разве так можно?
– Есть сайты, позволяющие такие операции. Правда, там имеются ограничения по суммам – где-то семьдесят пять тысяч, где-то сто.
– А можно это как-нибудь выяснить?
– Наверное, но ты ж понимаешь, мы не УБЭП! Но вот что занятно: последние три месяца переводов не было. Это все, что мне удалось узнать. Если нужно больше – присылай своих спецов, а я уж тут, на месте, помогу, чем смогу!
