– Понятненько… Что ж, Светик, спасибо тебе большое: пока нам информации хватит, но, возможно, я и воспользуюсь твоим любезным приглашением. Сообщу заранее. Пока!
– Ну, пиши-звони. Чмоки-чмоки!
Каждый раз, имея дело с людьми, облеченными властью или деньгами, а особенно и тем и другим, Виктор Логинов ощущал собственную ничтожность. Будучи рожден в бедности, он мог ожидать лишь одной участи – пополнить ряды люмпенов, живущих от бутылки до бутылки, или же примкнуть к какой-нибудь банде и получить от жизни все, но на очень короткий срок. К счастью, ему подвернулся третий вариант благодаря поверившему в него человеку, и Логинов стал оперативником. По крайней мере, в его руках теперь сосредоточилась какая-никакая, но все-таки власть, которая, само собой, не сравнима с той, какой он мечтал обладать. Деньги имели для Виктора значение, однако отнюдь не первостепенное: положение, статус казались гораздо важнее! Вот почему он испытывал стойкую неприязнь к тем, кому все это досталось просто так, без труда и усилий, а главное – без видимой причины, а лишь волею судьбы.
Именно поэтому супруга генерального директора «Суприм Банка» с первого взгляда вызвала у Виктора неприязнь. Бабе было под пятьдесят, но она успешно молодилась: косметические процедуры, подтяжки и пластика делали свое дело – выглядела Ирина Городецкая едва ли на тридцать пять. Зато вела она себя так, словно являлась по происхождению как минимум графиней, что, насколько стало известно Логинову, действительности не соответствовало. Перед визитом он покопался в ее биографии, основательно подправленной с тех пор, как она вышла за Валерия Городецкого.
СМИ рассказывали, что Ирочка Петренко приехала из Краснодара поступать в педагогический институт и на первом же курсе познакомилась с будущим банкиром, на тот момент работавшим в городской администрации. Однако Виктору удалось отыскать на просторах интернета статейку, явно заказную, которую накропал какой-то ушлый журналист. В ней говорилось, что Ирина действительно собиралась поступать, но не прошла по конкурсу. Возвращаться в Краснодар несолоно хлебавши ей не захотелось, и девица, не обремененная моральными принципами, устроилась официанткой в ресторан «Голден Доллз» – злачное местечко со стриптизом. Там она не гнушалась ничем, включая приватные встречи с состоятельными клиентами, которые помогли ей обустроиться в Санкт-Петербурге и снять квартирку недалеко от центра. Ирочка зажила припеваючи, но, имея достаточно мозгов для понимания скоротечности века содержанки, задалась целью отыскать того, кто сможет сделать ее честной женщиной. И такой человек нашелся – Валерий Городецкий. Так что единственное, в чем Виктор убедился, – российская педагогика определенно ничего не потеряла, лишившись «молодого специалиста» Ирины Петренко-Городецкой, и высокомерное поведение «светской львицы» не могло его обмануть.
– У меня очень мало времени! – с порога заявила она, когда прислуга впустила Логинова в просторную, светлую квартиру на последнем этаже элитной новостройки. Ну конечно, Городецкая – о-о-очень занятая дама! Вряд ли она и в самом деле куда-то собиралась, так как приняла оперативника в домашнем костюме и тапках в виде меховых котят с выпученными глазами. Однако внимательный Виктор заметил, что макияж банкирши в полном порядке, хоть она и находилась дома, где никто, кроме прислуги, не мог увидеть ее в этот полуденный час.
– А я не задержу вас надолго, – пообещал он.
– Что ж, проходите, – с тяжелым вздохом, призванным продемонстрировать крайнюю степень раздражения, согласилась Городецкая.
Гостиная, комната метров сорок пять, по прикидкам Логинова, была выдержана в темных тонах – даже пол был выстлан темным паркетом, который выигрышно контрастировал с белоснежным потолком. Никакой лепнины и антикварных столиков: все очень современно и в то же время уютно. Скорее всего, здесь поработали профессиональные дизайнеры – вряд ли у банкира, и уж тем более у его женушки, бывшей официантки, такая бездна вкуса.
– Так о чем вы хотели поговорить? – спросила Городецкая, усаживаясь на подлокотник дивана. Она не предложила гостю присесть, но Виктор и не собирался дожидаться приглашения, устроившись в удобном кресле у окна.
– Речь пойдет о том, что вы делали двадцать второго числа примерно… в десять часов утра, – ответил он, делая вид, что сверяется с записями.
– Вы шутите? – пожала она плечами. – Я встаю не раньше половины двенадцатого!
– Правда? Скажите, Ирина Владимировна, вы ездите на зеленом внедорожнике Toyota Land Cruiser?
– Да какая разница!
– Большая. Ваша машина попала в камеру видеонаблюдения около дома женщины, которую вскоре после этого убили. Вас видели соседи и слышали, как вы ругались, стоя на лестничной площадке…
– У… убили?
Вся спесь слетела с Городецкой вместе с краской: ее лицо приобрело пепельный оттенок, а глаза расширились, став похожими на десятирублевые монеты – до пятирублевых все же не дотянули.
– Именно, убили. Вы понимаете, как все это выглядит?
– Но… но я не понимаю, о ком… о ком вы говорите?
