– Ни-чего, – по слогам произнесла Суркова и вздохнула. – Одежда, изъятая из дома Третьякова, совершено чистая – даже та, которую он постирать не успел. На ней отсутствуют любые волокна, идентичные салону авто Понизовой, а также следы грима или чего-либо еще, могущего послужить доказательством причастности подозреваемого к преступлению. А еще ко мне приходила весьма колоритная дама и уверяла, что Третьяков чист как слеза младенца просто потому, что не способен на подобное душегубство в силу тонкой и чувствительно натуры!
– Что за дама – тоже какая-то артистка?
– Да нет, в том-то и дело: ко мне приходила супруга одного из наших вице-губернаторов!
– О как!
– Она принимает живейшее участие в судьбе театра, в котором служит Третьяков, и лично знает и его руководство, и артистов.
– Думаете, у них с Третьяковым?..
– Она в два раза его старше, но, с другой стороны, когда это кому-то мешало? Все равно у нас на Третьякова нет ничего, кроме отсутствия у него алиби на момент убийства, но, думаю, если проверить других членов труппы, у половины ситуация окажется такой же. Третьяков не имел никаких разногласий с Анной, за исключением тех, что были инспирированы его подружкой Дианой, поэтому ему не было нужды ее убивать…
– А волосы, ДНК?
– Слабое доказательство, и беседа с адвокатом Бондаренко как нельзя яснее это доказа…
– А если мы все-таки имеем дело с маньяком? – снова перебил Антон. – Таким выродкам ведь вовсе не нужен повод: они убивают, потому что испытывают от этого наслаждение!
– С некоторых пор я склонна думать, что мы имеем дело с серийником, однако вряд ли с маньяком.
– Это вам наш профайлер сказал?
– Нет, я сама пришла к такому выводу.
– Поделитесь?
– Извольте. Согласна, что грим на лицах жертв кажется странным нам, но это определенно что-то означает для убийцы: он над ними издевается или это что-то другое? Поймаем, как говорится, спросим. То, что убиты именно актрисы, возможно, имеет под собой личную подоплеку – может, они его обидели или сделали что-то, чего, по его мнению, не должны были. Почему он прицепился к Музыкальному театру? Загадка! Убийство Дорофеевой выбивается из схемы, но в свете новой информации можно проследить связь с тем, что когда-то произошло в Екатеринбурге. А это значит, что мы имеем дело не с психически больным человеком, а с очень злым и обиженным! Другой вопрос, что у нас отсутствуют веские доказательства этой связи, зато мы знаем, что и Третьяков, и Кременец общались в детстве и юности, и Дорофеева также, скорее всего, была знакома с обоими.
– Значит, нужно искать зацепки! – подытожил Шеин.
– Точно. Что же касается Третьякова, то эксперт проанализировал видеозапись из торгового центра и с уверенностью утверждает, что тот, кто говорил с Анной Понизовой, немного выше ростом, чем Третьяков, и более крепкого телосложения. Если предположить, что именно тот незнакомец ее и убил, то это никак не мог быть наш подозреваемый!
– Так что с Третьяковым-то?
– Я распорядилась его выпустить. Подозрения окончательно не сняты, однако у нас нет оснований держать его под стражей: у него слишком хороший адвокат и высокие покровители! Я думаю, сейчас следует сосредоточиться на Кременце: виновен или нет, этот человек может знать что-то, имеющее отношение к делу. Отыщите его! Но для начала встретьтесь с Третьяковым и поинтересуйтесь, знаком ли ему Кременец и в курсе ли он его нынешнего местонахождения. По итогам решим, что делать дальше…
В этот момент распахнулась дверь, и в кабинет буквально ворвался Белкин.
– Алла Гурьевна, я нашел… А-а, ты уже тут? – заметив Антона, пробормотал он, замирая посреди помещения.
– Продолжайте, Александр! – потребовала Алла. – Что вы там нашли?
– Машинку.
– Какую машинку? – поинтересовался Шеин, прежде чем Суркова успела задать тот же вопрос.
– Ну, ту, на которой, предположительно, Дорофееву привезли на свалку.
– Да вы что?! – воскликнула Алла, не веря в такую удачу. – Как вам удалось?
– Ой, не спрашивайте! – отмахнулся молодой человек, плюхаясь на стул с видом атлета-олимпийца, только что пересекшего финишную линию. – Думал уже, что это дохлый номер, ведь на шоссе камеры есть не везде, а еще там целая куча всяких съездов, объездов и так далее… Так вот, благодаря информации из дорожной службы я выяснил, что в тот вечер и ночь на одном участке трассы велись ремонтные работы из-за аварии, случившейся накануне. Поэтому автомобили, едущие в сторону города, пустили в объезд.
– Но там ведь камер тоже, скорее всего, нет? – предположила Алла.
– Зато там оказалась машина ГИБДД с авторегистратором. Я нашел этих ребят, и они передали мне запись той ночи!
– И на ней есть искомая машина?
– Ага.
– А мы можем с точностью это утверждать? – с сомнением спросила Алла. – Ведь мы не знаем номера, да и насчет цвета в темноте…
– Так я же еще не все рассказал!
– Тогда говорите, не тяните кота за хвост!
– Там было три похожих автомобиля, и я проверил их все. На двух семьи возвращались из загородной поездки, а третья машина оказалась каршеринговой.
– Вы узнали, кто брал машину?
