– Мадам, вы куда?.. Вот те раз, они хлопнулись со стула, как будто это им поможет. Спасибо за сотрудничество. Нервишки-то сдали. Жаль, сообщников не успела выдать, однако, дело раскрыто за каких-нибудь пару часов. Боже мой! Целая минута блаженства…
Стихи писать – не языком молоть. Уж какой известный и знаменитый дедушка Корней, но и на старуху бывает проруха. Хороший человек, но с географией у него, точно, проблемы.
Возьмем, к примеру, его «Айболита».
Чего он только там не понаписал… Во-первых, почему «Айболит», а не «Ойболит»? Неизвестно. Между тем по правилам русского языка «ай, болит» произносится относительно редко, когда вы, допустим, ненароком, конечно, а не нарочно, наступили пяткой на морского ежа в Черном море. Или, того хуже, прилипли языком в морозный день к амбарному замку. Во всех других случаях – если вы грамотный – нужно произносить «ой, болит». Схватило живот от манной каши, когда надо идти в школу, а вы не выучили стихотворение. Правда, есть опасность, что несмотря на ваше героическое сопротивление, вас отвезут в госпиталь к Склифосовскому, а там он вам разрежет живот, чтобы посмотреть, что внутри, а вам это вовсе не к спеху. Но всегда можно сказать, что все прошло, а мама у санитаров вас отобьет, уложит в постель и поставит горчичник.
О каком, с позволения сказать, произведении говорим? Что за герой? Оказывается, некий доктор, Айболит, как он себя называет, сидит под деревом. И приходят к нему якобы медведица и барбос. Ой, – говорит, – меня курица клюнула в нос. Это до какого же состояния надо набраться, чтобы тебя курица клюнула в нос! Лиса тоже хороша. Ее укусила оса… Автору невдомек, что оса не кусает, а жалит. Зубов у нее нет, одни челюсти. Зубов – нет, как она может укусить? И червячок в лес приполз лечиться. Зачем? Еще заяц безногий прискакал. Ему пришили новые ножки, и он снова побежал прыгать. Вы верите?
Потом доктор несется сломя голову в Африку, потому что получил телеграмму от незнакомого гиппопотама. Ну и что? Надо кричать: Лимпопо, Лимпопо? Почему, кстати, не Конго, тоже приличная по ширине река? А по прибытии на место происшествия, где сплошная зараза и эпидемический криз, всем раздает шоколадки и ставит градусники. Градусники – от кори, дифтерита, оспы и бронхита? С ума сойти. СПИД забыл. Шлепнул бегемотика по животику – и будь здоров, все лечение! Вот так бы в наших-то поликлиниках…
А с ООН согласовал? А Минздрав командировку одобрил? А шоколадки запатентованы? То-то и оно. Шарлатан и авантюрист этот доктор. Да и не доктор он, ветеринар без диплома, добрый, но бесполезный, ничего плохого не скажу. Оказался вдруг в Африке, когда самолеты в пандемию не летают и поезда не ходят, как всем известно, у кого по географии «пятерка». Вначале волки подвезли, потом кит откуда ни возьмись у берегов Тавриды очутился, а уж в конце орлы подбросили. Смехота… Но главное, зачем было тигрят малолетних гоголем-моголем потчевать? Где он в Африке тигров видел? Ему в России обезьянок мало?
А эти градусники. На жаре! Что он покажет? – пятьдесят градусов в тени, а по Фаренгейту даже больше. И все пляшут и смеются, пряники жуют. Жуть. Этого доктора самого надо лечить. Зачем детям голову забивать про братскую интернациональную помощь? Миллиард долларов им простили – скажите спасибо, и на этом все, забудьте туда гулять. Всех излечит, исцелит… Ага, держи карман шире. А платить кто будет, дядя? Просто уши вянут от этой вашей бесплатной медицины.
Вызывает меня как-то редактор наш, Сергеич, как я его по-свойски называю. Говорит:
– Ты вот что, Иван, сочини-ка мне сказку.
– Сергеич! Да как же это… Что я вам, братья Гримм? Сел и написал, что ли… У них четыре руки, а у меня всего две, и то одна левая. Сроду никогда не писал сказок, все больше быль, про экономику нашу, будь она неладна. Вы сами-то подумайте. Журнал у нас какой?
– Какой?
– Общественно-политический, про коневодство за Полярным кругом, а вам сказку внезапно подавай.
– Пойми, Вань, начальство требует. А с начальством не поспоришь. Дочка у них. День рождения. Сказку захотела. Дитя родное, понимать надо… Так что, умри, но сделай. Но не официально. Иначе не сидеть мне в этом кресле, понял?
– Да уж, еще как понял… А про что сказку-то сочинить?
– Ну, там… Какие сам знаешь. Про Иванушку-дурачка. Нет, про дурачка не надо, кое-кто не поймет, что о нем. Про Красную Шапочку можно и Серого Волка тоже. Помнишь ведь, а? Читал в детстве?
– Да читал я, читал, Сергеич. Только не знаю, с чего начать и чем закончить.
– Перво-наперво назначь главного героя. Он за правду горой. Должен остаться в живых, чтобы конец у сказки был непременно счастливый. А если ранят, то отвези его в госпиталь. Там его врачи подлечат – и снова в бой. А ежели никак уже не может подняться, то на инвалидность с хорошей военной пенсией отправь с надбавкой за вредность.
– Характера, что ли?
– Пенсионерской жизни, дурень.
– Сергеич, что за сказка про пенсионера-инвалида будет?