– Она почти угадала, – со смехом сказал лакей. – Они действительно спрятаны и чем-то испачканы, но это грязь, а не кровь. Это случилось, по-моему, в четверг. В тот день они вместе гуляли. Когда я пришел проверить, не нужна ли мистеру Уотерфорду моя помощь, чтобы переодеться к обеду, он дал мне эту одежду. Сказал еще: «Получишь десятку, если сможешь отчистить ее так, чтобы никто об этом не узнал». Это были жакет и юбка из твида. Все вымазанные в грязи.
– А ты неплохо зарабатываешь, будучи конфидентом мистера Уотерфорда, – заметила я. – Но это действительно опровергает подозрения мисс Баффри.
– Ну, я же сказал, что это не они.
– Не они, – согласилась я. – Мы с леди Хардкасл тоже так думаем. А что насчет герра Ковача? Расскажешь что-нибудь интересное?
– Он был какой-то странный, – заметил юноша. – Даже больше, чем странный. Я однажды зашел, а он сам себе рассказывал какую-то хрень. Полный псих.
– Честно сказать, это он, скорее всего, говорил по-немецки или по-венгерски. А после убийства ты в его комнату не заходил?
– Нет, – сразу же ответил Эван. – А зачем? Мертвым камердинеры ни к чему.
– Наверное, ты прав, – улыбнулась я. – И вот еще что: ты никогда не замечал у него фотографии?
Неожиданно Гаджер весь ощетинился.
– Я ее никогда не крал! Это он попросил меня принести ее.
– Фотографию со школьной крикетной командой? – уточнила я.
– Ну да. Он велел принести ее из библиотеки. Не знаю, зачем она была ему нужна. Он и смотреть-то на нее никогда не смотрел.
– Интересно. Нам надо будет самим взглянуть на нее.
– Если хотите, могу принести. Без проблем.
– Спасибо, – ответила я. – Думаю, мы сами справимся. Ты остаешься?
– Что? Сейчас? Нет, наверное, стоит посветить лицом и притвориться, что я работаю.
– Тогда не буду тебе мешать, – закончила я разговор. – И спасибо за все. Ты нам очень помог.
Леди Хардкасл появилась только в четверть шестого.
– Боже мой! – воскликнула она, влетая в комнату. – Прости, что заставила тебя ждать.
– Все в порядке, миледи, – успокоила ее я. – Все равно ничего срочного у меня нет.
– Да, но когда леди говорит, что будет в пять, то она, кровь из носу, должна быть в пять.
– Да вы никогда в жизни никуда еще не приходили вовремя, – рассмеялась я.
– Речь не о всякой ерунде вроде приемов или обедов, но разве я когда-нибудь опаздывала, когда мы работали?
– Вообще-то, вы правы. Прошу прощения. И как все прошло?
– Не слишком хорошо. Пройдоха весь на нервах, как ты можешь себе представить, но ничего дельного я от него так и не добилась. Ковач – хороший парень. Монти – хороший парень. Он даже попытался придумать что-то хорошее в отношении Роз, но сказал только, что не верит, что она способна на убийство.
– Все пытаются придумать, что хорошего можно о ней сказать.
– Правильно. Но я узнала чуть больше о причинах, по которым инспектор Фойстер их арестовал. Оказалось, что, когда он пару дней назад расспрашивал о гонке, Ковач сказал ему, что видел, как Монти возился с автомобилем Докинса как раз перед стартом. Так что, по версии Фойстера, произошло следующее: Монти ломает машину, а Ковач это видит и начинает его шантажировать, заставляя продать компанию. Монти и его любовница убивают Ковача.
– Какая-то логика в этом есть, – заметила я. – Мистер Уотерфорд действительно возился с авто, когда мы пришли. Но у него не было никаких мотивов для вредительства. Ну зачем ему ломать собственный автомобиль?
– Уверена, что Фойстер что-нибудь придумает. Ну, а что слышно от нашего молодого человека?
– Практически ничего. Мне понадобилось больше времени для того, чтобы разыскать его, чем для того, чтобы выяснить, что он мало что знает. Правда, он знает, что случилось с одеждой миссис Беддоуз из твида – ее сейчас тайно чистят. Она испачкалась в грязи, скорее всего, в результате неких телодвижений al fresco[56]. А еще он сказал, что Ковач именно ему велел принести фотографию из библиотеки, хотя и не знает, зачем она могла тому понадобиться.
– Правда? Да неужели? Кстати, о фотографиях: по пути назад я заглянула к Хелен. Она ведь все толковала о том, как же все ужасно, так что я решила занять ее чем-нибудь, чтобы она больше об этом не думала. Предложила ей напечатать фотографии. Это ее займет.
– Это и вас тоже занимает, – заметила я.
– Теперь насчет моего предложения. Инспектор Сандерленд шлет свои наилучшие пожелания.
– Вы и с ним успели поговорить? Тогда неудивительно, что вы опоздали.
– Пройдоха позволил мне воспользоваться его телефоном. Инспектор перезвонит или сообщит телеграфом, когда узнает что-то о Коваче или о мире автогонок.
– И о школе?
– И о школе тоже. Я не забыла.
– Спасибо, миледи.
– А теперь, мне кажется, наступило время ванны перед аперитивом. Пройдоха настаивает на том, чтобы за его оставшимися гостями хорошо ухаживали, так что пригласил нас на предобеденный стаканчик. Или на два. И Гарри тоже там будет, хотя бы ради того только, чтобы полюбоваться на Джейк. Как ты думаешь, ты сможешь убедить Спинни поставить тебя сегодня в смену? Было бы здорово, если бы ты тоже там была.
– Попробую, миледи. Приготовить вам ванну?
