— Я учусь составлять бюджет. Подумала, может, он мог дать мне несколько советов.
— Он определенно может. — Уэст расправил плечи. — Это я. Я казначей.
— Ты альфа. Как ты можешь быть казначеем? Разве нет конфликта интересов?
— Мы не компания. Я единственный с финансовым образованием.
— Ты учился в колледже?
— Не могу решить, смеяться мне или обидеться. Да, я учился в колледже. Думаешь, оборотни невежественные имбецилы?
— Конечно нет. Я не пошла в колледж.
Повернув руль, он взглянул на меня.
— Почему нет? Ты кажешься умной.
— Это было не для меня. — в тот момент, когда мне исполнилось восемнадцать, я попрощался с приемными семьями и никогда не оглядывалась назад. Учеба в колледже стала бы еще одним неприятным опытом, связанным с проживанием в одном помещении с незнакомцами. Я не хотела этого. Всего лишь хотела побыть одна, как учил меня дедуля.
— Я призываю всех наших волков поступать в колледж, если их интересует высшее образование. Профессиональное училище — это тоже хорошо. Мы объединяем наши ресурсы, чтобы каждый, кто хочет поступить, мог себе это позволить. Мы делаем то же самое для профессиональных училищ.
— А я-то думала, что вы демократическая стая, а вы явно коммунисты.
Он рассмеялся.
— Мы поддерживаем друг друга. В этом нет ничего плохого.
— Я полностью согласна.
Уэст приподнял бровь.
— Правда?
— А почему нет?
— Похоже, ты твердо придерживаешься философии Айн Рэнд[2].
— Звучит, как самая невеселая философия в мире.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Здесь нет «мы», есть только «я». Что-то в этом роде.
— Это все потому, что я живу одна? Блин.
Он мудро решил вернуться к теме бюджета.
— Если ты беспокоишься о деньгах, возможно, стоит подумать о работе на неполный рабочий день.
— Я не беспокоюсь, — солгала я. — Пытаюсь придумать план получше. Моя старая система больше не работает. — в большем количестве случаев, чем я могла сосчитать.
Уэст свернул на грунтовую дорогу.
— Твоя старая система включала работу, не так ли? Поиск пропавших наследников в Лондоне?
— Да. — я не хотела объяснять причины, по которым избегала рынка труда. Это вызвало бы только дополнительные вопросы. Уэст тоже был не из тех, кто делает мне поблажки. Он ясно дал это понять. Он почувствовал, что со мной что-то не так, и не хотел, чтобы мое присутствие создавало проблемы.
Если бы это зависело от него, я бы нашла работу подальше и уехала из города. Как бы я ни уважала его преданность стае, но никуда не собиралась уходить. Как он сказал ранее, Фэрхейвен теперь стал моим домом.
Трейлерный парк в форме подковы располагался на лесистой окраине в северо-западной части Фэрхейвена, к югу от шоссе. Всего там было около трех десятков трейлеров. Он припарковался на короткой подъездной дорожке к своему трейлеру, который выглядел точно так же, как и другие, за исключением металлического символа в виде петли, прикрепленного к входной двери, что указывало на его статус альфы. Незаметный, совсем как Уэст.
Я направилась к входной двери.
— Не сюда. Нам нужно в зал для собраний. — он указал на трейлер в конце ряда, где снаружи собралась небольшая группа людей. Двоих из них я узнал: крепыша Берта и Анну Дюпри, брюнетку средних лет, с которой я впервые познакомилась в «Монке», где продемонстрировала достаточно силы, чтобы подчинить ее себе.
— Это кажется очень официальным. Я думала, у нас неформальная беседа с сонными оборотнями.
— Мы не так ведем наши внутренние дела. — Уэст протиснулся сквозь толпу посетителей, чтобы открыть дверь. — Извините, я опоздал на несколько минут.
— Зачем ты ее привел? — спросил какой-то подросток. От меня не ускользнули осуждающие нотки в его голосе.
— Потому что она умеет решать проблемы, — сказал Уэст.
— Насколько я знаю, стая сама решает свои проблемы, — парировал он.
— Разве я не учил тебя большему? Это не слабость — просить о помощи, когда она тебе нужна, Ксандер, — ответил Уэст. — Это признак силы.
Я посмотрела на него искоса.
— Кейн не шутил насчет тебя.
— В каком смысле?
— Он назвал тебя лидером демократов.
Уэст внимательно на меня посмотрел.
— Ты с Кейном говорила обо мне?
— Тебя это волнует?
Он пожал плечами.
— Совсем нет. Мне просто любопытно.
Все потянулись в трейлер. Внутри оказался только продолговатый стол и двенадцать стульев. Даже жалюзей на окне не было, но не мне судить. Мой дом по-прежнему представлял собой скорее оболочку, чем настоящий дом, но, по крайней мере, я работала над улучшениями.
У меня было стойкое ощущение, что трейлер таким и задумывался — без лишнего внутри. Ничто не отвлекало от сути дела. Готова была поспорить, Уэст хмурился на любого, кто отклонялся от намеченной темы, пока тот не замолкал.
Уэст указал на стул рядом со своим, и я села.
— Мы можем начать? — спросила пожилая женщина. — У меня есть корзина с овощами, которые сами по себе не порежутся, а эти больные артритом руки уже не такие проворные, как раньше.
— Сегодня мой день готовить, — ответил Уэст.
— А я сегодня в роли су-шефа, — сказала она. — Ты не заметил?
