— Когда придет время, вы выпьете эликсир, а затем вас проводят прямо на ринг. Вы должны почувствовать, что изменения начинаются при звуке колокола, который сигнализирует о начале раунда.
— Значит, я не узнаю, какие божественные способности приобрела, пока не окажусь на ринге?
— Верно. Мы считаем, что это выравнивает шансы на выигрыш, если ни один из участников не знает заранее.
— Если только они не изучат всех потенциальных богов в промежутке между пробным тестом и боем.
— Мы оба знаем, что заняло бы гораздо больше времени, чем есть у участников.
Если только у них не было дедушки, который прививал подобные знания с детства.
— А если мне попадется кто-то вроде Аполлона? Я не смогу играть на лире, пока мой соперник не умрет от скуки.
Его рот скривился.
— Постарайтесь сохранить чувство юмора. Зрители это оценят. Если вы сможете заставить их болеть за вас, это придаст вам уверенности в себе.
Недостаток самоуважения, как правило, не был одной из моих проблем. Конечно, не зная, с каким божеством мне предстоит столкнуться, я пришлось признать, что моя уверенность в себе начала таять.
— Через несколько минут подойдет Имани, чтобы снять датчики. — доктор Эдмондс вышел из комнаты со своим планшетом, без сомнения спеша поделиться положительными результатами со своим боссом.
Откровение доктора встревожило меня сразу в нескольких аспектах. Битва с богом казалась очень плохой идеей. Превращение Дасти в лебедя было лучшим, что могло с ней случиться.
Дверь открылась, и Имани вернулась в комнату.
— Поздравляю. Я так понимаю, вы прошли.
— Повезло же мне. Возможно, мне удастся ткнуть кого-нибудь в задницу трезубцем Посейдона. Вы здесь, чтобы рассказать мне подробности?
Она выключила монитор и подошла ко мне.
— Вы должны прибыть в неизвестное место в назначенный вам день и время. Обязательно питайтесь здоровой пищей и не занимайтесь какой-либо напряженной деятельностью до этого времени.
— Если неизвестно место, дата и время, как я узнаю, куда ехать?
Она сняла с меня датчики.
— Мы отправим вам предварительное уведомление и пришлем водителя, который вас заберет. Обычно ожидание сообщения длится не больше недели.
— Похоже, это будет не тот эликсир, который я пила сегодня.
— Нет, доктор Эдмондс выбирает за вас, основываясь на предыдущем обследовании и пробном тестировании.
— Странный вопрос — давали ли вы кому-нибудь эликсир Дантакали?
Она прищурилась.
— На самом деле, да. А почему вы спрашиваете?
— Потому что я пытаюсь представить богиню, сражающуюся в стиле ММА. Плохо получается.
Имани понизила голос.
— Честно говоря, это была не лучшая работа доктора Эдмондса.
— Она выиграла?
Выражение ее лица помрачнело.
— Нет.
— Потому что не смогла достаточно быстро разобраться в своих способностях?
— В общем, да. Неизвестность всегда представляет сложность для бойцов. Теперь я оставлю вас переодеваться.
Я быстро оделась, не желая оставаться здесь ни секундой дольше, чем это необходимо. Я бросила халат в мусорную корзину и поспешила к выходу.
Верный своему слову, Альберт ждал снаружи.
— Я слышал, вы прошли.
— Да.
Он открыла пассажирскую дверь.
— Мне жаль.
Я расположилась на теплом и комфортном сиденье.
— Вы же сказали, что не знаете, что происходит дальше.
— Я солгал. — Альберт обошел машину и сел рядом. — Раньше я был более откровенным, но моя честность стала помехой, поэтому мистер Магнарелла посоветовал мне быть более осмотрительным.
— Вы хороший лжец.
— Я не стану считать это комплиментом.
— Вы отвезете меня на бой?
— Виновен. — он развернулся и направился к выезду из комплекса.
— Что не даст мне уклониться от боя?
— Контракт, который вы подписали. Он также мешает вам говорить об этом.
— Я ознакомилась с условиями. И ничего подобного не помню.
— Они там есть. Поверьте. Вы же не захотите нарушать условия контракта. Мистеру Магнарелле нет равных в юридической сфере.
Без сомнения.
— Мне жаль, что я ввел вас в заблуждение, — сказал он, когда мы проехали через ворота комплекса.
— Вы приносите извинения всем участникам?
Он заколебался.
— Нет.
— Тогда почему извиняетесь передо мной?
— Честно говоря, не знаю. Вы кажетесь другой. Возможно, потому что заняли место своего друга, в то время как другие…
Я выгнула бровь.
— Вы считаете, что другие заслужили такую участь, потому что были достаточно отчаянны, чтобы разозлить твоего босса? Возможно, вам стоит поразмыслить над этим, Альберт, потому что это плохо вас характеризует.
Мы ехали молча, пока Альберт не достиг Замка. Я вышла из машины, не оглядываясь.
В такие дни, как этот, я радовалась, что дедушки больше нет рядом. Раз назвалась груздем, надо лезть в кузов.
По пути через мост я заметила бабулю Пратт, притаившуюся у своего надгробия. Я еще не сняла с них запрет на молчание. Знала, что, когда я это сделаю, возникнут вопросы, и я не была готова на них отвечать. С другой стороны, я застелила свою постель. Возможно, пришло время лечь в нее.
Я сошла с крыльца и направилась на кладбище.
— Я приказываю тебе говорить, — сказала я.
Бабуля Пратт сердито посмотрела на меня, продолжая хранить молчание.
— Теперь ты можешь говорить.
