Все мои попытки приблизиться к Бет проваливаются, даже не успев начаться. Такое ощущение, словно она специально отпрыгивает в сторону, едва я оказываюсь рядом. Меня не устраивает подобное расположение дел, но и схватить ее за руку я не могу. Придется на время отложить наш разговор и перехватить ее после тренировки.
В раздевалке она от меня точно не убежит.
Когда нас отпускают, я красная от жара, да и дышать трудно. Пот струится по моему лицу толстыми каплями. Смахиваю их со лба, закидываю полотенце на плечо и плетусь за остальными девушками в раздевалку. Я люблю это состояние: когда колени взвывают от жуткой усталости, а перед глазами все горит и плавает. В такие моменты я понимаю, что действительно поработала на славу и не потратила время впустую.
В раздевалке достаю из сумки бутылку воды и жадно пью, запрокинув голову. Как я хочу принять душ! Просто невероятно ! Правда, в эту же секунду я замечаю, как Пэмроу небрежно закидывает в рюкзак скомканные вещи, убегает, не сказав никому ни слова, и у меня не остается выбора. Приходится нестись следом за ней, наплевав на горячее желание смыть с себя липкий пот. Черт. Не могла она ускакать через пять минут? Я даже согласна в общей душевой провести пару мгновений, лишь бы остудить ноющие плечи! Но нет.
Взвыв от отчаяния, закидываю на плечо сумку и срываюсь с места, надеясь догнать мою испуганную лань, выскочившую за дверь со скоростью света. Неужели она и, правда, что-то помнит? Это очень плохо. И, наверняка, страшно.
Интересно, о чем она сейчас думает?
- Бет! – Восклицаю я, оказавшись на улице. Девушка решительно несется к парковке, а я семеню следом за ней, тяжело дыша. – Бетани, подожди.
- Мне нужно домой, – на ходу бросает она.
- Нам надо поговорить.
- Сомневаюсь.
- Да стой же ты! – Я нагоняю девушку и хватаю за руку. Тут же она припечатывает меня испуганным взглядом к дороге, и я виновато размыкаю пальцы. – Прости.
- Что ты за мной плетешься?
- Я хотела поговорить.
- О чем?
- О том, что случилось.
- Я не собираюсь с тобой ни о чем разговаривать. – Она обижено хмурится, а на меня обрушивается шквал ледяной злости. Б удто бы я горю желанием поболтать о том, как она сиганула из окна ! – Больше никогда меня не трогай, ясно? Никогда.
- Бетани, я понимаю, что…
- Ничего ты не понимаешь.
- Подожди. Дай мне…
- Я не собираюсь ничего ждать. И говорить с тобой не собираюсь.
- А с директором собираешься? – Выпаливаю я, от усталости покачнув головой. – Он вызвал меня сегодня. Наплел какие-то глупости. Что ты ему рассказала, Бетани?
- Какое тебе дело? Иди, дальше развлекайся. А меня не трогай.
- Мне очень жаль, что…
- Мне тоже жаль, – отрезает она, пронзив меня пристальным, растерянным взглядом , и в эту секунду до меня доходит, что Пэмроу бежит не потому что не хочет разговаривать, а потому что жутко меня боится. – Оставь меня в покое, Ари. Пожалуйста. Прошу тебя.
- Бетти, я…, – в горле першит от вины, – я не хотела.
Чем мои слова хуже чистосердечного признания ? Внезапно понимаю, что сказанула глупость, встряхиваю волосами, но уже поздно. Карие глаза девушки округляются, и она в упор глядит на меня, позабыв, как дышать. Самое время применить принуждение.
Открываю рот, но не успеваю сказать ни слова. Лицо девушки вытягивается и, глядя, мне за спину, она недоуменно хмурится. Растерянно оборачиваюсь. И з-за поворота к нам шествуют двое мужчин. Один из них директор Барнетт, а второго я вижу впервые. На нем светло-бежевая полицейская форма, и, черт возьми, ничего хорошего этот видок не сулит.
Живот у меня сводит. Мужчины приближаются, а Бетани неожиданно восклицает:
- Папа?
Я резко гляжу на нее. Что? Папа? Но если у директора фамилия Барнетт, то выходит, что ее отец – местный шериф? Классно! С каждой минутой все интереснее.
- Мисс Блэк, – протягивает директор, – позвольте вам представить шерифа Пэмроу.
- Здравствуйте, - глухо протягиваю я и выпрямляюсь. Как бы страшно мне не было, я должна выглядеть решительно. Подумаешь, шериф. Я общалась с Люцифером! Кто может быть страшнее? Уж точно не этот низкий, покатый мужчина с едва заметной лысиной.
- Бетани, тебе пора домой , - ровным голосом отрезает мужчина, не сводя с меня глаз, а я подозрительно щурюсь. На что именно он смотрит ? На рыжие волосы и зеленые глаза? А, может, на царапины, которые остались после того, как Норин пыталась меня убить?
Неожиданно замечаю, что шериф то сжимает, то разжимает пальцы. Приглядевшись, я вижу деревянные, темно-коричневые четки, и внутри у меня все переворачивается.
Крест на груди Бетти, четки в руках ее отца. Религиозная семья, для которой походы по воскресеньям в церковь явно не прикрытие, дабы люди не задавали вопросы. Они меня воспринимают, как угрозу, и теперь у них есть реальное подтверждение. Голос в голове во всю визжит о том, что солдат-Бетани давно пожаловалась отцу о том, что случилось, а ему не могла понравиться история о том, как посланник Дьявола едва не погубил его дочь.
