Когда Ричард Суини рухнул у себя в номере в кресло, держа в руке стакан с большой порцией виски, Тони Салазар собирался уходить из «Интерконтиненталя». Позвонив Клейтону в банк, он узнал, что тот вряд ли вернется сегодня на свое рабочее место. Тогда он позвонил по домашнему номеру Клейтона, где трубку снова взяла женщина — правда, не та, что в первый раз. Салазар уже пришел к выводу, что попытка перехватить Клейтона на улице в районе банка вряд ли окажется успешной. Улицы в Сити были слишком людными и узкими, чтобы он смог отконвоировать жертву под прицелом пистолета в нужное место. Кроме того, если бы что-нибудь пошло не так, вряд ли Тони удалось бы унести оттуда ноги — даже при наличии «бентли».
Но Кенсингтон-сквер был темным и тихим и располагался в менее оживленной западной части города. После семи вечера движение там уменьшалось, и Тони считал, что сможет выехать оттуда на загородное скоростное шоссе за десять минут. В отеле Тони взял напрокат мобильный телефон, сел в машину и поехал по нужному адресу. Оказавшись на Кенсингтон-сквер, он некоторое время искал удобную точку для парковки, так как в Лондоне, подобно всем большим городам, свободное место для стоянки найти трудно, а такое, которое устроило бы тебя по всем параметрам, еще труднее. Площадь была застроена трехэтажными домами по всем четырем сторонам от расположенного в центре парка, и в каждом из этих домов, судя по их респектабельному виду, имелось как минимум по две машины. Поэтому Тони счел хорошим предзнаменованием и даже поздравил себя с удачей, обнаружив свободный четырехугольник пространства перед домом номер шестьдесят три.
Припарковав наконец «бентли», Тони еще раз позвонил по номеру Клейтона. Та же женщина, что и в прошлый раз, ответила, что мистер Клейтон еще не вернулся. Как и прежде, Тони ни своего имени, ни сообщения не оставил, сказал только, что звонит коллега из банка, и повесил трубку.
Нянька же ничего по поводу этого звонка не подумала. Она привыкла к тому, что в дом часто звонят американцы, многие из которых весьма скупы на слова.
В зеркале заднего вида Тони увидел фары машины, поворачивавшей в ту сторону улицы, где он сидел в засаде. Салазар вжался в сиденье, когда такси медленно проехало мимо него, остановившись около дома номер шестьдесят один. Тони сунул руку в карман, где у него лежал револьвер, и поставил оружие на боевой взвод, после чего нажал на кнопку открывания багажника. Выйдя затем из «бентли», он прокрался к тому месту, где остановилась машина. Однако к большому его удивлению, из нее вышел не Клейтон, а появилась молодая красивая женщина. Тони подумал, что ее внешность вполне соответствует тому сексуальному голосу, с которым ему довелось общаться по телефону. И тут Салазару пришла в голову мысль, обещавшая наилучшим образом решить все проблемы.
Между тем такси отъехало и женщина направилась к двери шестьдесят первого дома, находившейся от нее на расстоянии десяти метров.
— Миссис Клейтон? — спросил он, широко улыбаясь и двигаясь в ее сторону.
— Да. — Женщина одарила его ответной улыбкой и остановилась. Она не помнила лица этого мужчины, но расслышала проступавший в его речи американский акцент.
Когда он приблизился к ней, Кэролайн стояла вполоборота к дому и вопросительно смотрела на Тони, пытаясь одновременно нащупать в сумочке ключи от входной двери. Салазар одной рукой крепко взял женщину за предплечье, а другой приставил к животу пистолет.
— Молчи и следуй за мной, — сказал он негромким, но внушительным голосом, продолжая натянуто улыбаться. Потом сделал небольшую паузу, позволяя женщине освоиться с ситуацией и понять, что происходит. Ему приходилось уже заниматься такими вещами, и он знал, что жертве необходимо предоставить время подумать. В противном случае она могла запаниковать, закричать или сделать попытку к бегству. Когда выражение ее лица снова стало осмысленным, он продолжил: — В противном случае я открою стрельбу у тебя дома.
Его слова отложились у нее в сознании как надо: Тони сразу понял это. Ясное дело, у женщины дома дети, а все матери мира одинаковы. Так что она покорно пошла вместе с ним, лепеча себе под нос нечто маловразумительное и бессвязное. Когда они дошли до «бентли» и он поднял перед ней крышку багажника, на лице у нее отразились вполне понятные колебания. Тони перестал улыбаться и ткнул ее стволом пистолета в бок.
— Полезай! — свирепо рявкнул он, и Кэролайн подчинилась. Взглянув, как она свернулась клубочком на дне просторного багажника, Тони начал медленно закрывать крышку, сопровождая этот процесс негромкими наставлениями: — Веди себя тихо, расслабься. Сейчас мы кое-куда поедем. Ехать минут двадцать. Вести буду я. Начнешь шуметь, разнесу тебе череп ко всем чертям. Уразумела? — С этими словами он захлопнул крышку багажника и, услышав, как щелкнул механизм замка, удовлетворенно кивнул.
На все про все у него ушло не более минуты.
